- Я абсолютно здоров, - спокойно ответил я, - что не скажешь о тебе. Сегодня был очень… непростой и насыщенный событиями день. Тебе пришлось намного тяжелее, чем я предполагал, а теперь от переизбытка впечатлений ты слишком перевозбужден.

    - Да что ты знаешь? Я…

    - У тебя в голове переплелось множество мыслей: о прошлом, о будущем и о прочей мути типа Истины и предназначения. Именно поэтому ты и мечешься от одного края гондолы к другому.

    - Ничего я не мечусь! Все в порядке! - Рассерженно воскликнул Есай.

    - Именно поэтому ты так раздражен, - продолжил я.

    - Да нормально все! Оставь меня в покое!

    - И именно поэтому тебе сейчас хочется побыть в одиночестве, выплеснуть все, что у тебя накопилось вместе с фонтанами слез, но при мне ты сдерживаешься.

    - Все так и есть! Я раздражен, потому что ты меня раздражаешь! И я просто мечтаю забиться в темный угол и реветь там в два ручья, как какая-нибудь крестьянская девчонка! Доволен? Тогда отстань от меня, наконец, и перестань делать вид, будто все понимаешь! Что вообще ты, чужеземный колдун, можешь понять?!

    А вот это была уже натуральная истерика. Есай, сжав кулаки, стоял прямо передо мной, и буквально выкрикивал эти слова мне в лицо. Я поднялся, снял шляпу и посмотрел ему в глаза. Да, вот и настал момент, когда жуткий черный колдун прихлопнет, наконец, этого болтливого монашка! И классический черный колдун, каким его обрисовывают мои белые недруги, обязательно так и поступил бы. Вернее он мог только попытаться, ведь и сам монашек не лыком шит! Благодаря своей хитрости и смекалке он обязательно одолеет колдуна!

    Я отвел глаза, оперся на ящик управления и затрясся в тихом смехе, который вскоре сменился диким хохотом. Да уж, похожесть сложившейся ситуации на старую сказку про черного колдуна Слепящего Мрака и мальчишку Шоя меня здорово развеселила. А если учесть, что родиной этой сказки является как раз Восточный Континент…

    Моя персональная истерика длилась минуты две, в течение которых Есай наблюдал за мной, распахнув от удивления рот. Честно говоря, удивляться было чему, ведь я и сам не замечал за собой такого поведения раньше. Может это одно из проявлений 'стихийного безумия'? Впрочем, сейчас не время об этом думать.

    - Напрасно ты считаешь, будто я не смогу понять, - невозмутимо произнес я, не подавая и признаков недавнего веселья. - В моей жизни всякое случалось. В том числе и случаи похожие на твой. Именно поэтому, я и прошу тебя отдохнуть, а то еще сорвешься каким-нибудь неприятным образом. Это, кстати, я тоже по себе знаю.

    - Я не смогу, - покачал головой тоже заметно успокоившийся монах. - У меня такое чувство, будто привычный мир рухнул, а я пытаюсь собрать его обратно из обломков, но они друг с другом никак не сходятся, и это не дает мне покоя.

    - На, прими самое верное средство для 'схождения обломков', - я сунул ему в руку свою флягу. - На этот раз, разрешаю сделать целых три глотка!

    Есай неприязненно сморщился, но спорить не стал и отпил рекомендованное мной количество алкогольного зелья. Крепчайший напиток сделал свое дело - монашка моментально развезло. Еще около получаса он развлекал меня своими сомнениями, соображениями, душевными метаниями и всем остальным, что слетало у него с языка, после чего заснул, привалившись спиной к борту гондолы.

    Глава 13

    Хозяин 'Стоянки Укуня' господин Укунь был очень доволен. Впрочем, это не являлось чем-то необычным и случалось с ним еженедельно - вечером единственного выходного дня. Рабочие из городка, носившего название Драконья Впадина, захаживали в его заведение, чтобы отдохнуть от работы, домашних обязанностей и сварливых жен.