- Но зачем тебе это? Судя по твоему тону, ты не очень-то жалуешь высшие силы.

    - Да, мне нравится ощущать себя свободным человеком, выше которого лишь небо и звезды. Однако, если это только иллюзия, и существуют такие вот силы, способные направлять действия отдельных людей или целых народов, я предпочту знать об этом как можно больше, чтобы не попасть под чье-нибудь влияние. - Я с сомнением глянул на монашка. - Понимаешь, о чем я говорю?

    - Тебе нужны знания, чтобы сохранить независимость, так?

    - Именно.

    - А для чего тебе независимость? Что она тебе дает?

    - Все просто - будучи независимым, я делаю то, что хочу, а не то, что хочет от меня кто-то другой.

    - Наверное, это здорово - быть свободным от всяческих обязательств. - Вздохнул Есай.

    - Для кого как. - Пожал плечами я. - Некоторых неожиданно свалившаяся свобода здорово дезориентирует.

    Был один случай, когда я только захватил трон и приноравливался к управлению. В общем, разнес я замок одного барона, который посмел ставить под сомнение законность моих прав на престол. Короче, вырезали всех бунтовщиков, а у барона во владении еще полсотни рабов оказалось, хоть это и запрещено древними законами королевства, до правки которых у меня руки тогда еще не дошли. Ну и приказал я снять с них магические ошейники, да отпустить с миром. Рабы те были парнями простыми, но крепкими - использовались для тяжелого труда - и не придумали ничего лучше, чем промышлять разбоем на моих же дорогах, вдоль которых их несколько месяцев спустя и повесили. Вот вам и вся свобода. Есаю я, конечно, об этом рассказывать не стал. Да и сам он опять отрешенно уставился на пляшущие язычки пламени.

    - Я хочу узнать как можно больше. - Произнес он через несколько минут.

    - О чем именно?

    - О Крае Драконов. Если я собираюсь предотвратить кровопролитие, я должен многое узнать. Лишь тогда я смогу с правильной стороны подступиться к этому делу.

    - Есай?

    - Да, Зен?

    - У меня уже не в первый раз складывается впечатление, будто в тебе уживаются два разных человека - беспечный похотливый монашек и серьезный странствующий монах.

    - Ничего удивительного. Старейший из моих наставников говорил: люди - существа многогранные и сколько бы граней они не показывали миру, всегда останется парочка неведомых даже для них самих.

    - Очень… глубокомысленно, - хмыкнул я. - Это именно то, что называется восточной мудростью?

    - Восточная мудрость или бред выжившего из ума старого монаха - не важно. - Рассмеялся Есай. - Главное, что соответствует действительности. И ты сам лучший этому пример. Я уже и со счета сбился, сколько 'граней' ты показал во время нашего совместного путешествия. А сколько их у тебя еще есть…?

    Если задуматься, монах прав. Только за время, проведенное на восточном континенте, я успел проявить себя неумелым путешественником, грозой дорожных разбойников, злобным чужеземным колдуном и даже наставником начинающего мага. Зато все мои 'грани' объединены в единую систему и не противоречат друг другу. Если у кого-то иначе - это уже диагноз.

    - Знаешь, вечер прошел не зря. - Сказал я, поднимаясь. - Хорошо порой поболтать о разных вещах с умным человеком. Что это за выражение у тебя на лице? Я действительно так считаю.

    - Спасибо, - буркнул монашек, - наверное…

    - И нечего сидеть с такой кислой рожей.