– Начнете вы, наконец, что-то понимать или нет, я не знаю. Но я ваш нойон и пока я жив, вы будете делать, как я скажу. Поняли?

– Поняли, – пробурчал Хасар.

– Поняли, – виновато повторил Хачиун.

Тэмугэ испуганно моргал покрасневшими глазами, готовый зареветь.

– Идите! – Тэмуджин, все более раздражаясь про себя, проводил их негодующим взглядом и повернулся к Сочигэл: – А вы, Сочигэл-эхэ, могли бы Бэктэру и разумное слово сказать, когда он не слушает старшего брата, да еще и Бэлгутэя учит этому.

– Какое это еще разумное слово? – вспыхнула та. – Тебя слушать да помалкивать, что ли? Слава небесам, мой Бэктэр не такой…

– Глуп ваш Бэктэр! – не сдержавшись, запальчиво бросил Тэмуджин.

– Глуп?.. Да я ведь знаю, почему ты не согласился ехать к дядьям: не хочешь свое старшинство терять, ведь так? Там ты кто будешь? Племянник Бури Бухэ и больше никто. А здесь ты нойон, с хамниганами знаешься, дядья приезжают, упрашивают как равного… Вот почему ты не хочешь ехать. Только почему мои Бэктэр и Бэлгутэй должны страдать от твоих прихотей?..

– Что ты выдумываешь! – рассердилась на нее Оэлун. – Не говори глупостей, еще дети услышат.

– Пусть слышат, пусть знают, каков их старший брат! – упрямо держалась за свое Сочигэл. – Если моих детей ему не жалко, почему я должна молчать?

Тэмуджин, не ожидавший от нее такой прыти, сначала ошеломленно молчал. Опомнившись, он холодно посмотрел ей в глаза и сказал:

– Я, Сочигэл-эхэ, никого не гоню, но и силой никого не держу у себя. После смерти отца я никогда не просил вас, чтобы вы оставались с нами. Вы можете ехать со своими сыновьями к моим дядьям или возвращаться в свое родное племя. Из юрт вы можете взять кожевенную, из лошадей выделю вам шесть голов: тех, на которых вы ездите и еще по одному мерину, сундуки свои с вещами заберете. Если желаете, то можете отправляться прямо сейчас.

Сочигэл застыла лицом, опустив глаза. Вопросительно покосилась на Оэлун, та промолчала, тяжело вздохнув, будто давая ей понять: ты сама напросилась на это и я здесь ничего не решаю.

Тэмуджин встал с хоймора и добавил:

– Вы подумайте, как вам будет лучше, и примите свое решение.

Он вышел из юрты. Сзади сразу донесся осу