Июнь 1994 года.

Окрестности Левобережного народного суда.

О том, что я пригрел Сашу я не пожалел. Комната в общежитии все равно стояла пустой, за свет, с учетом пятидесятипроцентной скидки, я платил какие-то копейки, других проблем мой бывший одногруппник мне не приносил. Пару раз я заходил в общежитие и удивлялся чистоте и порядку в жилище, которое поддерживал молодой мужчина, зато пользы от нашего сотрудничества я получил немало. Пару раз, в шесть утра, в общежитие заезжали милиционеры, которые разыскивали меня, но так как повестки на мой вызов под роспись Яблокову они не оставляли, я решил ничего не предпринимать по этому поводу. Как я и предсказывал, Саша устроился в небольшую конторку юристом, за небольшие деньги, но с минимумом обязанностей. Состояние здоровья нового юрисконсульта никого не интересовало, а вот диплом уважаемого учебного заведения пришелся к месту. Кроме судороги, иногда пробегающей по лицу моего конфидента, иных проявлений его болезни я не видел, рассуждал он вполне здраво, искал применения своим способностям, так как нынешняя скромная заработная плата его устраивать не могла. В конце мая, по моей доверенности, Яблоков сходил в областной суд, где рассматривалось определение Левобережного суда по моему иску о восстановлении на службе милиции. В деле нашлось мое заявление, что я проживаю и прописан в общежитие Завода, Александр предъявил соответствующую выписку из домовой книги, а вот доказательств, что суд отправлял мне повестки по новому месту жительства в деле не нашлось, что, впрочем, в это время, делом было весьма обыденным. На этом основании мой иск отправили обратно в Левобережный суд, для его разрешения, по существу. С учетом скорости работы российской почты и сезоном летних отпусков судебного корпуса, до сентября месяца не было смысла ожидать новых вызовов по этому делу, чему я был весьма рад, надеясь, что к осени мое будущее обретет в моих планах какие-то, более чёткие, очертания. А пока Саше предстояло сходить в суд. Где рассматривались восемь заявлений по признанию факта вступления в наследство в деревне Журавлевка.

Миронычевский район Города.

Недалеко от здания Городского сельского районного суда.

— Долго ты! Все нормально?

Я в последнее время немного забурел и начал пользоваться автомашиной, так как передвижение на общественном транспорте в этой эпохе в Городе было сущим мучением — очень медленно и ненадежно. Если приложить руку к сердцу, эта проблема в Городе так и не была решена до конца моей первой жизни, в отдаленные районы Города с наступлением темноты общественный транспорт просто не ходил. Но это я немного отвлекся, а сегодня я сидел в своем «Ниссане» в квартале от здания Городского сельского суда, так как хотелось поскорее узнать результаты сегодняшнего судебного заседания. В принципе, ничего не должно было сорвать принятия судом положительного решения. Я собрал максимально возможный пакет документов, доказывающий родство заявителей с умершими стариками из села Журавлевка. В заявления были приложены документы об оплате электрической энергии (мои жалобы от имени ветерана войны и труда во все инстанции без результата не остались, областные власти нашли деньги и починили трансформатор, заодно отобрав его из незаконного владения ушлого кооператора), за воду (водопровод в Журавлевке не работал уже лет пять, но счета выставлялись, поэтому я посчитал правильным заплатить эти символические суммы), что доказывало факт принятия наследства со стороны заявителей.