— Нас достаточно, — сказал Гаэта. — Мы не должны дать этому демону возможности избежать своей участи.

И вот все девять пришли в край призраков — Деморнт.

Гаэта — именуемый также Гаэта Крестоносец, Добрый Мститель — унаследовал обширное баронетство в Каматах. В детстве он проводил почти все время в обществе воинов, служивших его отцу. Гаэта презирал изнеживающую роскошь и бездумную жизнь аристократов и мечтал о приключениях, о которых воины рассказывали у костров. Когда он вырос, то решил использовать свое богатство, чтобы сражаться за угнетаемых, чтобы находить и уничтожать порождения зла, губящие людей. Он был фанатиком добра, и стоило ему узнать о каком-нибудь гнездилище зла, как он сметал любые препятствия, мешавшие ему выжечь его дотла. В течение нескольких лет он выступал против мелких тиранов, злых колдунов, разбойничающих баронов, преступных шаек и демонов-чудовищ. Каждый раз он побеждал зло во имя добра, из хаоса создавал порядок. И теперь он шел против Кейна. Это имя всегда зачаровывало его, но он верил в существование Кейна только наполовину, пока не узнал правду, таящуюся в сказочных историях об этом человеке. Кейн был бы достойным противником для Гаэты Крестоносца.

Алидор следовал за ним с самого начала. Младший сын обедневшего лартроксианского дворянчика, он рано покинул дом и оказался в Каматах, когда Гаэта организовывал свой первый поход. Идеализм Гаэты захватил Алидора, и молодой человек следовал с тех пор за своим военачальником с неисчерпаемым энтузиазмом. Во всех кампаниях Алидор оставался преданным Гаэте и храбро сражался, несмотря ни на что. Теперь он был заместителем и другом Гаэты.

Сереб Ак-Сети был молодым колдуном с равнин Транодели. В своей шелковой мантии чародея он выглядел простодушным мальчиком из хора, но был отнюдь не безвреден. Серебу было нужно богатство и опыт, чтобы продолжить обучение и достичь тех немалых высот, к которым его толкало честолюбие. Гаэта заметил мастерство колдуна: Сереб умел разрушать укрепления и выслеживать беглецов. Добрый Мститель щедро платил Серебу за услуги.

Следующий по чину (впрочем, положение Сереба было неясным) — Моллил с пользующегося дурной славой острова Пеллин, что в Товносианской империи. Моллил был мрачным человеком, улыбавшимся только тогда, когда кто-нибудь кричал от боли. Полное отсутствие страха и упоение любой резней делали его незаменимым в бою. Моллил принимал плату от Гаэты, но пошел бы за ним и без вознаграждения, потому что военачальник предоставлял ему возможность наслаждаться убийствами.

Также из Товносианской империи, но с острова Джостен пришел Ян. Десять лет назад, когда пиратский флот Кейна держал в ужасе островную империю, на глазах Яна вырезали всю его семью, и Кейн собственноручно отрубил ему правую руку, когда Ян попытался оказать сопротивление налетчикам. С тех пор Ян привязывал к культе подбитую войлоком деревяшку, к которой крепил то тупой, то острый крюк. Он присоединился к Гаэте из мести.

Хотя Анмуспи-Лучнику было уже много лет, он похвалялся, что может попасть в булавочную головку с сотни шагов. Те немногие, кто видел, как он это делает, не назвали бы его хвастуном. Судьба Анмуспи круто переменилась в Ностоблете на юге Лартроксии. Провалился дворцовый переворот, наниматели Анмуспи были распяты, а он сам попал рабом на рынок. Гаэта купил его, когда узнал от торговца о необычайной меткости старика. Для Анмуспи это значило всего лишь смену нанимателя, и он добросовестно исполнял приказания Гаэты. Для Анмуспи понятия «хорошо» и «плохо» не имели значения; его девизом было повиновение.

Дрон Мисса был вольным искателем приключений из далекого Вальданна. Его народ был народом воинов, и даже среди них Мисса считался превосходным бойцом на мечах. Гаэта пообещал ему приключения, поэтому Дрон Мисса охотно пошел с ним.

Еще двое жаждали мести. Одним был Белл, крестьянин с Мусейских гор.