А мне оставалось решить, как, где, когда и в каком антураже я буду «расстреливать, вешать, пихать в газовую камеру», впрочем, с этим-то моя огнесжигательная персона справится. Однако остаётся вопрос с Аргом: кто будет разгребать авгиевы конюшни местного бардака. И иных кандидатур, кроме верховного попа, не наблюдалось.

Так что направил я пока запрос, начав набрасывать обвинительную речь, которая будет транслироваться на весь улей до и после сожжения аристо огнём.

За этим эпистолярным занятием и застал меня поп. Вошёл он в кабинет с видом благостным, смиренным, впрочем, тут же сменившимся ужасом, вытягиванием перед собой аквилы и матерному поминанию его личества. Не оскорбительного, но всуе и с матом, отметил я неподобающее поведение жреца.

— И вам не хворать, экклезиарх, — выдал я, поглядывая на притулившуюся в уголке астральную гончую, признавая за попом некоторое право на подобную реакцию.

Так-то Кристина скрывала тварюшку «отводом глаз», пока я аристократие и чиновние всяческое тиранил, а по окончании (и ведь почти сутки прошли, вздохнул я), колдунство отменила.

— Рабочий инвентарь, — откомментировал я ужаснутому попу, чем ни разу его не успокоил. — Кардинал, возьмите, варп подери, себя в руки! — возмутился я, начав сиять нимбом и даже проявил крыла, заодно проявляя инсигнию, надеясь, что хоть что-то из явленного поможет.

Перестарался, констатировал я, разглядывая бесчувственную тушку духовного владыки местных палестин. Марк, паразит такой, изволил очнуться от дремоты и откровенно ржал в свете и ветре, с каменной мордой лица. Кристина разглядывала бесчувственного святошу с видом «Лечить будем, или пусть живёт? Впрочем, Терентию виднее, сделаем, как он скажет»

В общем цирк с Инквизиторами, демонами и попом, вынужденно охарактеризовал я сложившуюся мизансцену.

— Кристина, скрой гончую, да и кстати, а как-то её можно спрятать без постоянного отвлечения внимания? — задумался я.

— Можно, Терентий, заключить в предмет довольно просто, гончая — слабый демон, — ответствовала тереньтетка.

— Тогда упихай её во что-нибудь, а то ходим, как еретики какие, с демоном наперевес, — выдал я. — И Марк, ни варпа смешного… хотя да, смешно, — сам ухмыльнулся я, а коллега натурально заржал в голос.

Через четверть часа гончая обреталась в какой-то, прости Импи, косметичке, а Кристина вернула Миру и мне потребного попа в сознание.

— Император Всеблагой, — проскрипел осознанный святоша, оглядывая окрестности диким взглядом. — Привидится же такое… Простите, господин Инквизитор, видимо, возраст и волнение привели меня к столь неподобающему обмороку. Чем я могу быть полезен Священному Ордену? — взял себя в руки поп, занимая тыкнутое мной кресло для посетителей.

— Многим, кардинал. Итак, вопрос еретического вторжения на Вулкан опустим. Это — не ваше дело и забота, и вообще почти решено, — выдал я.

Судя по отчётам от Франциска и рявкам Рагги, именно так и было. Кстати, еретичище действительно свалил на улетевшей еретиковозке — не было у него возможности «переобуться на ходу»: после стыковки челнока лёгкий крейсер бодро рванул на разгонную траекторию. Можно, конечно, предположить, что до кучи еретик ещё и телепортацией владеет и, нагло ухая и потирая лапки, предаётся разгульной ереси на Вулкане.

Но не нужно: это реально СЛИШКОМ даже для еретичища, да и след псина «взяла», так что найдём. И не до него пока.

Так вот, все корабли еретиков в системе волчары дееретикотизировали нахрен. После моих прочувственных слов Рагги попробовал взять живым аж одного из тысячи сынов, но, с его слов, поймал лишь пустой доспех.