— А что, если я сделаю тату? — спросила я, заметив зерно истины в его словах. — Я не делала ее раньше, потому что она бы исчезла после проклятий, связанных с трансформацией, но теперь мне не надо об этом беспокоиться.

— Татуировки тут недостаточно, — сказал Трент, пристально глядя мне в глаза. — Ты демон, но ты не можешь использовать свою магию, чтобы защитить себя. Я не говорю, что тебе надо снять это зачарованное серебро, чтобы выжить, я лишь прошу тебя какое-то время держаться подальше от неприятностей. Залечь на дно хотя бы на полгода. Я пытаюсь протолкнуть некоторые законы, защищающие тебя, но на это потребуется время.

Ошеломленная, я уставилась на него, сидящего в моей кухне с ребенком на коленях. Его штаны помялись, и рубашка почти выбилась из них. Я не знала, что сказать. Он помогает мне? Просто так?

— Но почему? — спросила я. Он поднялся и стал взволнованно расхаживать по кухне, держа на руках спящую Люси.

— Всего шесть месяцев, — сказал он, не отвечая на мой вопрос. — Мы с Дэвидом не успеваем заделывать дыры в том хаосе, что ты оставляешь после себя. Одни только судебные процессы…

— Судебные процессы? — переспросила я, опустив руки. — С кем?

— Это неважно… — ответил он уклончиво.

— С кем? — повторила я громко. — Я хочу знать, кто пытался предъявить мне иск, — сказала я тише, поскольку ручка Люси метнулась вверх — девочка испугалась моего голоса.

Переложив Люси на плечо, Трент начал покачиваться, не сходя с места, для него это было ново, но сами движения стары, как огонь, их плавность отработана за тысячу лет.

— Один иск был от женщины насчет кражи собаки, — сказал он спокойно. — И парочка с моей свадьбы. Именно так я оказался вовлечен в эти разбирательства. А еще кто-то из автобуса решил, что ты наколдовала ему невезение. Два человека предъявили иск, когда ты разбила свой автомобиль о мост.

Сжав руки в кулаки, я отвернулась к окну — мне не хотелось показывать, насколько я взволнованна. Я очень задолжала Дэвиду. Я знала, что он оплачивал моего адвоката, но я понятия не имела, сколько дел из-за меня на него сваливается. И зачем Тренту все эти неприятности?

— Беспокойство Рея насчет рыбки прошло, когда я поговорил с ним на одной вечеринке, — продолжал Трент, отвечая на мой незаданный вопрос. — Суд с Хаулерами за то, что ты заколдовала их поле с ним было труднее. Я сильно не нравился той женщине.

Я пожала плечами.

— Они не хотели платить мне, — пробормотала я.

Трент вздохнул.

— Полученные тобой пятьсот долларов стоили Дэвиду нескольких тысяч, — сказал он, все еще покачиваясь и прижав к себе Люси забинтованной рукой. — Я говорю не о деньгах, а о поддержке, которую он тебе оказывает. У меня есть люди, разрабатывающие законы специально для тебя, но, пока они не закончили, тебе придется почувствовать на себе все трудности, возникающие у нелегалов, и полное отсутствие защиты со стороны государства. Не говоря уже о том, что на каждого подающего иск о денежной компенсации найдется еще двое, которые захотят избавиться от тебя ради славы.

Я резко подняла голову.

— Чего?

Он пожал плечами, Люси приподнялась вместе с ними.

— Неколдующий демон? Ты станешь самой привлекательной мишенью, и идиоты выстроятся в очередь, чтобы доказать, что они сильнее великой Рэйчел Морган, избавительницы от демонов и спасительницы Сан-Франциско.