Кем он себя возомнил? Господом Богом? Впрочем, искорки сумасшествия сверкали в глазах Ловкача не переставая. И эта безумная ухмылка…

Он хотел построить свой мир? Мир на руинах Империи?

— Мне думалось, что я похоронил всех вас в столице, — продолжил Ловкач, — мало кому удалось выжить в Империи. Последних я уничтожил в Шотограде… Вы были там?

Я кивнул.

— Мы идем за тобой от столицы. Семнадцатый месяц.

— Так долго? — бровь Ловкача изогнулась, — не думал, не гадал… Видно, мысли о новом мире вовсе затуманили мой разум и притупили чувства, иначе я бы давно почуял погоню. Хотя, дело, наверное, не в этом. Я разрывался, вот в чем проблема. Мне нужно думать о двух вещах одновременно, а это ой как сложно, поверь мне. Искать вайши и строить новый мир не так-то просто. Я давно не спал. Я безумно устал.

Казалось, Ловкач начал говорить сам с собой. По-крайней мере, он не смотрел на меня, взгляд его переместился за мою спину. Сцепив пальцы «замком», Ловкач поднялся и стал ходить передо мной взад и вперед. Снег похрустывал под его ботинками.

— Наверное, я такой же дурак, как и эти пустоголовые. Я выветрил их мозги, а за своими не посмотрел, вот незадача. Я шел только вперед, хотя мог, да, мог, допустить, что вайши объявится и позади меня. Могла же объявиться? Да и объявилась. Вон она. Там…

Я подумал об Алис, которая несла дежурство. Подумает ли она о том, что я слишком долго справляю нужду?

— Как долго с вами эта девочка?

Я не сразу сообразил, что вопрос адресован мне. Крепкие руки надавили мне на позвоночник.

— Что?

— Когда она к вам пришла? — Ловкач склонился надо мной, взялся за мой подбородок холодными пальцами и резко дернул, так, что в шее что-то болезненно хрустнуло.

— Давно. Достаточно давно. Мы нашли ее в лесу… она лежала в снегу, без сознания… она Странствующая.

— Ха, Странствующая! — Ловкач убрал руку, оттянул рукав плаща назад и подставил мне под нос запястье, — ты это видел? У нее такое же?

На бледном запястье Ловкача я увидел татуировку — извивающуюся темную змейку, головка которой исчезала в ладони. Татуировка или родинка? Что там говорил Ловкач? Как определить наверняка?

— Да.

— О, девочка моя, Инель. Ты все-таки отправилась за мной! Последняя из выживших… А я-то думал, что погоня уже завершилась, — Ловкач схватился за голову. Казалось, он готов разрыдаться. Жуткая гримаса исказила его лицо. Глаза яростно блеснули серебром. Из горла Ловкача вырвался звериный рык, гулким эхом пронесшийся по замершему в ожидании Лесу.

— Сколько еще зла вы принесете мне? — прошипел Ловкач, — сколько можно? Проклятые вайши!

— О чем речь, уважаемый?

Голос раздался за моей спиной, но я узнал его.

Бородач.

Значит, Алис задумалась.

Ловкач вздрогнул. Медленным движением убрал руки с головы и выпрямился. От мимолетного бешенства не осталось и следа. На губах вновь играла надменная улыбка.

— Ага. Решили явиться сами.

Неожиданно крепкие руки подхватили меня поперек туловища, подняли, развернули лицом к говорившим. Стоящий за моей спиной безумец прикрывал себя моим телом. Да и не только меня. Голос Ловкача раздался из-за моей спины:

— Собственно, я и рассчитывал пойти к вашему лагерю и познакомиться. Но раз вы пришли сами, что ж, тем лучше. Я не люблю огонь. Темнота — вот мой друг.

Первым стоял Император с обнаженным мечом. Он дрожал от возбуждения, и я мог его понять.