— Мать твою — это же он! — ахнул наблюдатель, тыкая указательным пальцем в экран монитора.

Спящий рядом напарник мгновенно проснулся и вскинулся на диване. Они здесь чуть не третью неделю «парились» — в тридцати квадратных метрах на двоих. Как в ушедшей в автономку подводной лодке, из которой не выйти, а можно лишь пялиться на мир через перископ.

Они и пялились — в четыре, стоящих шеренгой, экрана, подсоединенных к четырем видеокамерам. Целыми днями пялились! И ночами тоже. Посменно: четыре часа вахта — четыре отдых. И снова: четыре — вахта, четыре — отдых. Без секундной паузы. И если одному вдруг приспичит сходить в туалет, то он не мог сходить в туалет, а должен был разбудить сменщика, чтобы тот эти несколько минут посидел перед экранами.

От такой жизни кто угодно волком взвоет! Это же хуже, чем тюрьма! В тюрьме хоть на прогулки выводят, а они только ночью в приоткрытую форточку могут свежим воздухом дышать.

И вдруг такая удача!..

— Точно — он!

— Где, где?

Но бомжа на экране уже не было, бомж скрылся за забором.

Но это не страшно, техника позволяет повернуть время вспять.

Наблюдатель отмотал пленку и включил воспроизведение.

Вдоль забора снова шел человек, который пинал доски. Потом он остановился, наклонился, отодрал одну из них и пролез в образовавшуюся щель.

Наблюдатель притормозил скорость воспроизведения.

Бомж медленно, по миллиметрам стал утекать в щель, в последнее мгновение обернувшись на камеру.

Стоп!

Кадр остановился.

Застывшее на экране, хорошо освещенное лицо можно было рассмотреть во всех подробностях.

Наблюдатели схватили несколько фотографий и приблизили их к экрану, сравнивая с изображением.

Он? Бесспорно — он! Никаких сомнений, что он!

Тот, кого они ждали столько времени и уже почти перестали ждать, — объявился. На этот раз в образе бездомного бродяги! Но их он своим маскарадом обмануть не мог. Слишком хорошо они изучили его лицо. В мельчайших подробностях.

Он — появился!

Подводная лодка пошла со дна на всплытие. Ожидание кончилось, началась живая работа.

Наблюдатели вскрыли тайник на кухне, из которого вытащили удостоверения сотрудников милиции и оружие — электрошокеры, «табельные» «Макаровы» и еще по одному автоматическому пистолету с удлиненными обоймами, которые фактически превращали их в пистолеты-пулеметы. Застегнули на торсах «сбруи», сунули в кобуры оружие, набросили на плечи пиджаки.

Помощи они не запрашивали, помощь сюда все равно бы опоздала. Они лишь отбили контрольный звонок, обозначавший, что «объект» появился в поле зрения. И — ходу!..

На этот раз они промашки дать не могли, на этот раз они были предупреждены и знали, с кем имеют дело. С очень шустрым парнем имеют дело, который умеет использовать случайные тяжелые предметы и сигать через двухметровые заборы. Поэтому они получили приказ — стрелять, при попытке бегства, на поражение. Хотя должны были приложить максимум усилий, чтобы взять его живым! Улица…

Там за углом стояла их, с баком под завязку, машина. И еще одна, на всякий случай, на стоянке. Они должны были взять «объект», обездвижить его, сунуть в машину, вывезти из города на один из «перевалочных пунктов», где дождаться конвоиров, которым передать его с рук на руки. Или, если поступит такой приказ — разобраться с ним на месте. Это как начальство решит.

Напарники в минуту добежали до забора и с ходу, подпрыгнув и ухватившись за верхний край досок, перемахнули через него.