Не успел я расслабленно выдохнуть и наконец-то протереть глаза, как снова послышалось гудение… Повинуясь взбесившейся интуиции, я притянул к себе Эвелину, схватил её в охапку одной рукой.

Судя по ощущениям, в этот момент ещё один Пульсар выскочил из стены как раз в том месте, где она только что стояла.

«Твои потуги не имеют смысла!»

Моё нутро, видимо, уже научилось слышать Пульсары, потому что следующим делом я рванулся в сторону. Бледное лицо Хромого было видно даже в пыльной темноте, а нашарить его воротник — дело техники.

Я рванул возмущённого пацана за шкирку, и как раз вовремя — гудящий невидимый Вертун пролетел совсем рядом с ним.

Вместе с мальчишкой в меня уткнулось что-то твёрдое…

— Ты, безлунная гниль, отпусти, — сквозь слёзы проревел Хромой.

Увидев, что он тычет дулом пистолета мне в грудь, я перехватил его вооружённую руку, заломил. Притянул ревущего мальчишку к себе ближе, и выдохнул ему в лицо:

— Не дури. Слушай сюда…

— Страшно! — голос Хромого срывался вместе с каждым упавшим в туннеле камнем.

Обвал усиливался, и тут даже толчковому псу было понятно, что мы уже не выберемся. Однако паникёры помирают первыми, поэтому я рывком отправил Хромого в объятия Эвелине:

— Защищай ненаглядную!

Чернолунница заботливо схватила шмыгающего пацана за плечи и подарила мне грозный взгляд.

— Незримая защитит нас всех, — она упрямо поджала губы и вскинула глаза к потолку, где надсадно скрипели танцующие блоки, — Если услышит… — едва слышно прошептала она.

Несколько крупных обломков упали впереди, да так, что даже протиснуться было сложно. Вот на хрен, ситуация становится всё сложнее.

«Теперь ты узрел нашу силу?» — в моей голове раздался зловещий хохот, — «Просите! Просите свою богиню, пусть дарует вам спасение!»

— А, так ты живой ещё, — я ощерился.

Нет уж, хрен тебе, а не страх!

«Мы бессмертны!»

Я оторвался наконец от стены. Если уж суждено сдохнуть под обломками, то я в это время буду бежать, двигаться, ползти… но не стоять и не скулить в углу, поджав хвост.

— А ну, пошли! — я рванул Эвелину вперёд.

Хромой, зацепившись за неё, полетел следом в узкую щель между обломками.

«Это бессмысленно. Ваша богиня идёт, но мы всегда на шаг впереди. Сначала Чёрная Луна, и лишь потом ваша богиня.»

С трудом мы протиснулись, хоть пыль забивала рот и глаза. Затем пара ошалелых вдохов в попытках отдышаться, и снова бег по разваливающемуся тоннелю.

«Спроси Избранницу, почему впереди легион, почему впереди тень неизбежного? Спроси, почему Чёрная Луна и её богиня — суть одно?»

Грязный воздух не давал толком дышать, при этом лёгкие уже горели, отказываясь снабжать мышцы кислородом. Дорога круто пошла вверх, и иногда приходилось чуть ли не падать на колени, чтобы карабкаться.

Поэтому, когда в лицо вдруг ударил свежий сквозняк, я чуть не закричал от радости. Выход!

«Хочешь?»

Когда вкрадчивый голос в голове неожиданно задал вопрос, сбоку как раз, сложившись под весом породы, вылетел огромный блок. Точнее, ухнувшая стена его выплюнула, и каменная махина протаранила меня, отбросив в стену, как куклу.

Я даже не успел вскрикнуть, как влепился всем телом, от удара затылком весь тоннель окрасился звёздными фейерверками. Колени пронзила ужасная боль.

«Всего чуть-чуть нашей силы…»

Твою же горелую псину!

— Деверь! Деверь! — меня трясли за плечи, — Сейчас, мы сейчас!

Я приоткрыл глаза, попробовал пошевелиться.