— Этого не будет никогда, — категорично заявил Терехов. — Её Величество никогда на это не пойдёт. Это слишком походит на прежнюю НРХ и ни один мантикорский монарх или правительство даже не станет рассматривать возможность дозволить подобное.

— Жаль, что вы не можете просто объявить это корнатийцам, — задумчиво произнёс Ван Дорт. — Это могло бы даже отколоть от Нордбрандт часть рядовых членов АСК.

— При условии, что они готовы поверить хоть чьим-нибудь политическим обещаниям.

— Это точно, — уступил Ван Дорт. И улыбнулся. Улыбка была настолько неожиданной для Терехова, что тот сморгнул от удивления.

— Что такое? — поинтересовался мантикорец.

— Я только что понял подтекст инструкций баронессы Медузы. Она, похоже, выкрутила Александре руки.

Терехов приподнял бровь и Ван Дорт хихикнул.

— С учётом того, что я только что вам рассказал об отношениях между Тонкович и Райковичем, вы думаете она на самом деле хочет, чтобы мы шныряли по Сплиту, а она была бессильна контролировать наши действия? Если она запросила у Мантикоры помощь на отмеченных в моих инструкциях условиях, предоставляя Райковичу одобрять или не одобрять наши действия на месте, то дама Эстель нашла способ приставить дуло пульсера к её виску. Это может быть на самом деле интересно.

— Однако это заставляет нас оставить Монтану, — заметил Терехов.

— Да, это так. Хотя я не уверен, что это плохо.

— Почему нет?

— Я провел довольно много времени с Тревором Баннистером. — В глазах Ван Дорта промелькнула и исчезла тень. — Мы обсудили многое, в том числе, как минимум, более или менее покончили с некоторыми личными разногласиями, которые, вероятно, могли оказаться помехой. Кроме того, я просмотрел разведсводки Тревора и соотнёс их с тем, что лично знаю о Стивене Вестмане. Я склонен полагать, что действия Нордбрандт на Корнати стали для Вестмана холодным душем. Этаким, с вашего позволения, устрашающим примером того, до чего могут довести его собственные действия, если он и его сторонники окажутся во всё большей и большей изоляции от господствующих на Монтане настроений. И я также полагаю, что в результате встречи и разговора с вами и получения направленного ему баронессой Медузы обращения, вероятно в его черепной коробке начала зарождаться мысль о том, что Мантикора не является клоном Пограничной Безопасности. Оставить его на некоторое время в покое, чтобы как следует об этом поразмыслить, может быть неплохой идеей.

— Надеюсь, наши усилия не пропадут даром, — произнёс Терехов. — Однако, как бы то ни было, у нас есть приказ на передислокацию.

— Да, есть. — Ван Дорт нахмурился, как будто пытаясь припомнить нечто вертящееся на краю сознания. Затем щёлкнул пальцами.

— Что такое? — поинтересовался Терехов.

— Чуть не забыл. Когда я утром был у Тревора, он сообщил мне свежую информацию. Я не знаю, как он её раздобыл — он тщательно защищает свои источники — но, похоже, Вестман наладил контакт по меньшей мере с одним иномирянином, который, кажется, очень… сочувствует его позиции.

— Вот как? — Терехов нахмурился. — Мне это не нравится.

— Мне тоже. Что нам совсем ни к чему, так это некий межзвёздный координирующий центр, охватывающий всё Скопление.

— Совершенно согласен. Нам что-нибудь известно об этом таинственном незнакомце?

— Не многое, — признался Ван Дорт.