— Что ж, возблагодарим Господа, — с жаром пробормотала Аннета Де Шаброль, когда "Марианна" с постоянным ускорением двинулась от Корнати.

Дуань Биньянь и Франц Анхъер, механик корабля, предусмотрительно сдерживали её ускорение на неторопливом уровне, соответствующем её обманчивому облику. Но это устраивало Де Шаброль. Ускорение её волновало меньше, чем направление движения, а в данный момент "Марианна" направлялась прямо прочь от КЕВ "Гексапума".

— Должен признать, я немного удивлён, что Нордбрандт восприняла это настолько спокойно, — сказал Зенон Эгервари, и Дуань резко рассмеялся.

— Не знаю, насколько "спокойно" она это восприняла, — ответил он. — Мы, в конце концов, ни разу не общались непосредственно с ней. Но она мало что могла с этим поделать. Меня вообще не сильно волновала её реакция — точнее её реакция волновала меня меньше, чем возможность, что кто-то заметит, как мы разгружаем её проклятое оружие.

— Ты казался достаточно уверенным, что мы сможем это сделать, когда объяснял всё это мне, — сказала Де Шаброль кислым тоном, но при этом всё таки улыбнулась.

— Я просто был крепко уверен, что мы окажемся в более глубоком дерьме, если не попробуем сделать это, так что стоило попытать удачи.

— Ладно, в любом случае я согласен с Аннетой, — вмешался Эгервари. — Просто увезите меня подальше от этого долбаного крейсера манти, и я буду счастлив.

— Всегда рад доставить радость моим офицерам и команде, — сказал ему с улыбкой Дуань. — Так что оставим мистера манти здесь, на Сплите, а сами займёмся делом в другом месте.

Он повернулся к Де Шаброль, и его улыбка стала ещё шире.

— Рассчитайте нам курс на Монтану, Аннета.

— Странно, — пробормотал техник первого класса Лиам Джонсон.

Услышав тихое замечание техника, Абигаль Хернс оторвалась от собственной консоли в БИЦ. Они с Айкавой Кагиямой только что снова разбирались — а точнее, игрались — с данными сенсоров об активности на орбите Корнати, которые капитан Терехов попросил Наоми Каплан прогнать, когда "Гексапума" только прибыла в Сплит. Это была не очень увлекательная, но полезная практика, а у Айкавы было мало чем ещё заняться в текущую вахту.

Джонсон сидел, уставившись на свой дисплей, и Абигайл нахмурилась. Техник отвечал за отслеживание данных орбитальных сенсоров, которые "Гексапума" разместила на вокруг Корнати. Даже на такой бедной и технически отсталой планете, как Корнати, наблюдался огромный объём воздушного трафика, и пытаться отслеживать его было труднейшей задачей, даже для изощрённых возможностей "Гексапумы" по сбору и анализу данных. Для самих же корнатийцев, с учётом относительной примитивности их вычислительных мощностей, это было больше вопросом ручного труда и попыток обходиться чем есть. Управление воздушным движением работало достаточно хорошо, но в действительности полагалось на добровольное послушание большинства пилотов диспетчерам, а от присмотра наземных радаров было не так уж сложно уклониться.

Но то, что было невозможным для корнатийцев, для БИЦ "Гексапумы" было просто сложным. Сенсоры и компьютерные программы, предназначенные для обработки сотен, даже тысяч индивидуальных целей, двигающихся по любым мыслимым векторам в сферических объемах простирающихся на световые часы, были вполне способны отыскать закономерности, которых быть не должно — и аномалии в тех закономерностях, что должны были быть — в объёме настолько небольшом и замкнутом, как воздушное пространство одной-единственной планеты.