— Прекрасно вас понимаю, — с чувством произнёс Джезич. — Хотелось бы и нам иметь эффективный… "сонный газ", вы его так назвали? — Качмарчик кивнул, и Джезич пожал плечами. — Лучшее нелетальное оружие что есть у нас, это отравляющие вещества раздражающего действия и вызывающие тошноту. Насколько я понимаю, у Сил Обороны есть достаточно эффективные отравляющие вещества летального действия, но нечто, что может просто усыплять людей, было бы весьма полезно для НПК.

— Ганни, — сказал Качмарчик, переводя взгляд на Уризар. — Запишите напомнить мне проверить сколько "Подавителя-Три" у нас на складе. Должно быть достаточно, чтобы выделить капитану по крайней мере несколько канистр. И напомните мне также проверить инвентарь наших парализаторов, раз уж об этом речь зашла. Полиции что-то вроде этого пригодится куда больше, чем нам.

— Слушаюсь, сэр, — ответила старший сержант.

— Итак, — сказал Качмарчик снова поворачиваясь к Джезичу и продолжая прежде чем тот смог поблагодарить за такую щедрость, — как только лейтенант Келсо окажется на земле и обеспечит безопасность, мы высадим остаток первого взвода и второе отделение лейтенанта Хеджеса. Они будут в обычных бронированных скафандрах морской пехоты, которые скорее всего столь же хороши, как и любые имеющиеся у вас средства индивидуальной бронезащиты, но и близко не настолько прочны, как боевая броня. Они рассредоточатся и возьмут под охрану периметр, а второе отделение, как только окажутся свободны от этой задачи, начнут штурм подземных сооружений. Боты поднимутся в воздух как только закончат высадку. Они обеспечат прикрытие и поддержку с воздуха, если понадобится, и, вместе с развернутыми нами беспилотными разведчиками, будут отслеживать попытки скрыться бегством. Пока что мы не сумели обнаружить потайных выходов, но люди, сумевшие построить нечто столь хорошо укрытое, уж точно должны были предусмотреть пути отхода на случай, если кто-то начнёт выламывать переднюю дверь.

— О том же говорит наш опыт, — согласился Джезич. — Поймите меня правильно, я ненавижу этих ублюдков, но обычно у них всё в порядке с планированием. Поначалу многое было явно делом рук любителей, но даже тогда им обычно удавалось учесть всё, что следовало. С тех пор их планы стали менее заковыристыми и более практичными. Горько это признавать, но они на самом деле демонстрируют способность весьма быстро учиться.

— Никто и никогда не обещал, что плохие парни будут глупы и некомпетентны только потому, что они плохие парни, — философски заметил Качмарчик.

— А жаль! — ответил Джезич, и все стоявшие вокруг морпехи рассмеялись.

— У меня есть один вопрос, капитан, — секунду спустя сказал Качмарчик с куда более серьёзным выражением лица. — Единственная вещь, в отношении которой я знаю, что не имею достаточной информации, это насколько всё-таки фанатичны эти люди. Или, возможно, следовало бы спросить, насколько они склонны к суициду.

— Это сложный вопрос, капитан. Мы знаем, что они достаточно фанатичны, чтобы взрывать магазины полные гражданских лиц. И такие, — мрачно добавил Джезич, — про которые они знают, что там расположены два детских центра. Но, если быть предельно откровенным, мы не сумели загнать достаточное их количество в угол, чтобы узнать, насколько они готовы взорвать себя сами во славу Движения. — Он горько скривился. — Если это место настолько важно для них, насколько можно судить по его изолированности и скрытности, я бы сказал, что они будут готовы к чему-то подобному с большей вероятностью, чем если бы мы всего лишь прижали ударную группу где-нибудь на открытом месте. Должен сказать, что вероятность суицида имеется, но я даже примерно не могу оценить её реальную величину.