— Возможно. Ну, хорошо, скорее всего, — поправился О'Шонесси, под сердитым взглядом контр-адмирала. — Однако вполне возможно, что организаторов совершенно не заботит дальнейшая судьба мониканцев. Их может интересовать только организация предлога — вооружённого столкновения в Скоплении — для чего мониканцам достаточно поначалу одержать победу-другую. Вы гарантируете, что перевооружённый Флот Моники неспособен нанести поражение имеющимся в вашем распоряжении силам? Особенно если внезапно застигнет их врасплох, разрозненными, и проведёт серию отдельных нападений, сконцентрировав в них все свои корабли?

Хумало снова полоснул его взглядом, однако на этот раз был вынужден, хотя и с неохотой, мотнуть головой.

— Тогда представьте себе, что мониканцы это сделали, а затем помчались жаловаться Пограничной Безопасности, утверждая, что это мы первые на них напали, и прося о присылке миротворческих сил Лиги. Как вы думаете, что тогда будет?

Хумало стиснул зубы и О'Шонесси кивнул.

— На мой взгляд Терехов вроде бы уже нейтрализовал террористические движения, которые должны были дестабилизировать положение с гражданской, политической стороны, — произнёс он. — Если мониканцы или их партнёры в Лиге выискивают жареные факты, которые они могли бы подсунуть СМИ Лиги, то у них уже есть всё, что нужно, однако положение, по крайней мере, не будет ухудшаться. И если Терехов сможет нейтрализовать Флот Моники — предполагая, что Моника действительно принимает участие в скоординированной операции — то он сможет сорвать всю операцию.

— То есть вы полагаете, что Терехов прав? — поинтересовалась Шоуп.

— Абсолютно не представляю, прав он или нет, — отрезал О'Шонесси. — Честно говоря, я молюсь, чтобы он был совершенно не прав. Однако я полагаю, что остаётся возможность, что он не ошибся и, если в его подозрениях имеется хоть капля истины, то я молю Бога, чтобы Терехов смог осуществить задуманное.

— Не знаю, что и думать, — после длившегося несколько секунд молчания произнёс Хумало. — Но если он всё-таки прав, то нам понадобится больше сил, чем находится в моём распоряжении прямо сейчас. Лоретта, — повернулся он к своему начальнику штаба, — подготовьте сообщение для Адмиралтейства, приоритет наивысший. Приложите к нему копии сообщений Терехова — всех его сообщений до единого — и затребуйте немедленное усиление группировки на терминале Рыси. Также сообщите, что я отдам приказание остатку имеющихся в моём распоряжении сил сконцентрироваться для прикрытия южного сектора Скопления, и что я лично, сразу как только это будет возможно, направлюсь на Монику со всеми находящимися в настоящий момент на Шпинделе кораблями. Сообщите, — он спокойно посмотрел в глаза сидевшего напротив временного губернатора, — что хотя я и испытываю сомнения относительно сделанных капитаном Тереховым выводов, я поддерживаю его действия и намереваюсь его поддержать насколько это будет в моих силах. Я хочу, чтобы это сообщение было направлено курьером на Рысь и Мантикору со всей возможной скоростью.

— Есть, сэр, — чётко подтвердила Шоуп, в её глазах светилось одобрение.

— Лоретта, скорее всего мы всё равно прибудем слишком поздно для того, чтобы хоть чем-то помочь Терехову, — негромко добавил контр-адмирал.

— Может быть и так, адмирал, — ответила она. — А может быть и нет.