— Фиксирую их лидаром, сэр, — подтвердила из тактической секции Абигайль Хернс. — "Колдун" подбирает свою часть.

— Очень хорошо, — отозвался Терехов.

— Сэр, нас вызывают мониканцы, — доложил Нагчадхури, и Терехов фыркнул.

— Быстро они, — сухо сказал он. Разумеется, тот факт, что станция "Эройка" была так близка к гипергранице, означал, что задержка в получении сигнала составляла всего лишь немногим больше девяноста секунд. — Пока не отвечать, — продолжил капитан, обращаясь к связисту. — Позволим им поволноваться чуть подольше.

— Есть, сэр.

— Лейтенант Багвелл, — сказал Терехов, по-прежнему не отрываясь от дисплея, — давайте запускать платформы РЭБ.

— Есть, сэр. Производим запуск.

— Замечательно. Миз Зилвицкая.

— Сэр?

— Запускайте разведывательные платформы.

— Есть запускать разведывательные платформы, сэр, — подтвердила приказ Хелен и принялась набирать команды на своей консоли.

Она чувствовала, что пульс её учащён, однако происходящее слишком уж напоминало тренировочные симуляции. В чём, пожалуй, и был смысл всего потраченного на них времени.

Стартовали первые беспилотные сенсорные платформы, расходясь по громадной сфере вокруг эскадры. Одновременно с этим она видела запуск платформ РЭБ, выстраивающихся вокруг кораблей в оборонительные порядки более плотные, чем разведмодули.

Она не могла избавиться от мысли о некоторой параноидальности шкипера. Мониканцы никак не могли ожидать их появления, и даже лучшие из ракет Лиги имели дальность активного полёта из состояния покоя не более 6,5 миллионов километров, даже на половинной мощности. Не говоря уже о том, что мантикорская электроника была лучшей из всего, что когда-либо имелось на вооружении какого-либо флота, а основные системы наблюдения мониканцев были устаревшим металлоломом из Лиги, возрастом не менее сорока стандартных лет. Никаким образом никакая угроза из тех, что подобные системы могли представлять, не смогла бы просочиться мимо её разведмодулей и выйти на дистанцию атаки без более чем достаточного предупреждения.

Но это была только одна мысль. В целом она сознавала, что видит ещё один образчик бесконечного внимания шкипера к деталям. Он ничего не упускает из виду и заботится о каждой мелочи заблаговременно, когда может позволить себе роскошь делать всё как полагается. Кто это был на Старой Земле, кто сказал просить у него что угодно, кроме времени? Кажется Наполеон. Разумеется, несмотря на весь свой стратегический гений на суше, Наполеон абсолютно ничего не соображал в том, что касалось флота, но данный конкретный совет и через века оставался актуальным для любого офицера.

— "Колдун" получил полный груз подвесок, сэр, — доложил Нагчадхури. — "Бдительный" коммандера Даймонда занимает его место.

— Спасибо, Амаль, — сказал Терехов. Сказал вежливо и немного рассеяно, но Хелен понимала, что тут к чему. Это был признак не рассеянности, а того, насколько сильно он сосредоточен.

Мысли её перескочили на лейтенант-коммандера Даймонда. Что он сейчас испытывает? Насколько смогла разузнать Хелен, он прослужил вместе с коммандером Хоуп как минимум два стандартных года. А теперь её выпихнули прочь, возвращаться с позором на Шпиндель, как какой-то ненужный груз, на курьере вместе с донесениями капитана. Если операция обернётся катастрофой, которую она уверенно предсказывала, она скорее всего останется единственным из командиров эскадры с незапятнанной репутацией. Но если операция закончится успехом, она станет известна всему Флоту как командир корабля, который отказался, какова бы ни была причина, сражаться с врагом, когда ей это было приказано.