"Форд” медленно покатил по городским улицам, просторным, безлюдным и чистым, будто их каждый день поливали водой с освежающими дезодорантами.

    Похоже, так оно и было – навстречу Саймону попадались трудолюбивые уборщики-крабы и другие машины, цистерны на колесах, увенчанные шлангами и розетками разбрызгивателей. Что касается города, то Византия напоминала ему кладбище, такое же ухоженное, как простиравшееся за мраморной стеной Мемориала Аддингтон в Грин Ривер. Тут, однако, не было баров, гостиниц и ресторанчиков – и, разумеется, людей; только пустые дома, цветы, деревья, изваяния на перекрестках, изображавшие великомучеников и святых, да команды полировавших асфальт и камень роботов.

    Машина сбавила скорость, проехав под аркой из золотистой яшмы, окруженной розовыми гранитными утесами. При арке были ворота, сейчас распахнутые настежь, – кружево из металлических стеблей, цветов и листьев, обрамлявших огромные причудливые ключи. Поглядев на них и вспомниво святом Петре-ключнике, Саймон догадался, что перед ним символ Райских Врат. Быть может, все византийские жители прошли в них, каким-то чудом перебравшись в мир иной, где звучат лишь мелодии арф да псалмы в честь Создателя?… Это было маловероятно и к тому же никак не объясняло возникновение сферы помех.

    За внешним кольцом розовых гранитных скал находилось внутреннее, из двух десятков хрустальных башен, армированных пластиком и металлом. Здесь был деловой центр города – несколько представительств крупных компаний вроде “Нейчьюрэл Фудз”, “Кибернетик Юнион”, “Ди-Кола” и “Аматэрасу”; пара банков и адвокатских контор; многочисленные магазины, лавочки антикваров и букинистов, приемные дантистов и врачей, ателье, рестораны и бары – явно безалкогольные; две стоянки – с глайдерами и маленькими пузатыми вертолетами; с полдюжины театров, над одним из которых красовалась надпись: “САММЕР ХОЛЛ”. Это заведение было расположено в нижнем этаже башни, воздвигнутой неподалеку от водопада – конечно, искусственного; прозрачные струи стекали в заросший кувшинками пруд, а оттуда – в канал, облицованный фигурной фаянсовой плиткой. Миновав крохотный мостик, глайдер повернул вдоль канала.

    Через минуту Саймон очутился на центральной площади: еще один пруд с кувшинками, еще одна вертолетная стоянка, Целый батальон уборщиков и молитвенный дом – уже знакомой архитектуры, но очень большой, игравший, очевидно, роль собора. Слева от него располагался административный корпус, а в строении справа за стеклянными стенами Саймон увидел нечто знакомое: огромный зал, похожий на саркофаг транспортный модуль и серебристый обод Рамы.

    – Стой! – приказал он, выскочил из машины и направился к станции Пандуса.

    Там не было никого, за исключением трех роботов-крабов устаревшей продукции “Кибернетик Юнион”. Нигде ни единого человека – ни в старт-финишном зале, ни в силовом отсеке, ни в диспетчерской, ни в служебных кабинетах. Повсюду чисто прибрано, генераторы выведены на холостой ход, штурман-компьютер отключен – и никаких следов блокирующих передатчиков. Саймон задумчиво посвистел, коснулся пальцем одного-другого экрана (пыли нигде не было) и вернулся в машину.

    "Форд”, как было велено, затормозил у Южного моста, возле двухэтажной гасиенды в мексиканском стиле – беленые стены, кирпичные колонны, просторные террасы, увитые плющом и диким виноградом, патйо с небольшим круглым бассейном посередине.