К чему я веду? Нетрудно догадаться.

Выбравшись из арки, я обнаружил то, что уже успели открыть для себя Маруся и Валентина. Короче, как и следовало ожидать, дневной свет оказался обманкой: его испускал пупырчатый нарост на потолке куполообразной пещеры. Сам зал оказался не так, чтобы очень велик — вполовину футбольного поля и большую часть пространства занимал водоём с абсолютно прозрачной водой. Чтобы окончательно изобразить райские кущи, невесть как очутившиеся в недрах преисподней, неизвестный шутник насыпал перед озерцом золотистый песок.

Но в каждой бочке мёда, если хорошенько поискать, можно найти ложку дёгтя. Эту же и искать не пришлось.

На пляже разместилась группа из десятка человек: тройка совершенно потерянных учёных, прижавшихся один к одному, шестеро бойцов в чёрной рванине, но с автоматами наизготовку и…Радость моего сердца, любовь всей жизни!

Диана Станиславовна, блядь! Во всех смыслах этого слова.

За спиной что-то очень тихо булькнуло. Точнее — плеснуло. Звук, с каким волны накатывают на берег. Услышали все, поэтому все и оглянулись. Ну и офигели, естественно, все.

Вся огромная пещера, по которой мы шагали последний час, оказалась затоплена слабо светящейся жидкостью. Не знаю, вода это была или нет, но она плескалась у самых моих ног.

— Как такое возможно? — почти прошептала Маруся и посмотрела на меня. — Так же не бывает!

— Бывает, — я махнул рукой. — Здесь всякое случается и скажи спасибо, что мы сейчас здесь, а не на глубине десятка метров под водой. Пошли, знакомиться будем.

— Как знакомиться? — кажется, мои спутницы окончательно утратили даже останки чувства юмора. — Это же…Или нет?

— Да, да, вы не ошибаетесь, — я обнял обеих предательниц за плечи и подтолкнул вперёд. — Я просто я пошутил. Это — шутка.

— Шутка? — Мария начала было хихикать и вдруг разразилась диким хохотом. — Шутка, ха-ха!

Валентина молча врезала её по щеке, и девица тотчас заткнулась. Тем не менее, внимание к себе мы-таки привлекли и теперь шесть чёрных пристальных зрачков следили за каждым нашим шагом. В смысле, нас держали под прицелом автоматов. При этом, все оборванцы с оружием постарались рассредоточиться, точно опасались ответного огня. Ага, сейчас! Из наших пердаков, очевидно.

Учёные сползлись ещё ближе, точно овцы, почуявшие волка. Странно, а я думал из них никто не уцелел во время того забега. Ну, живы и хорошо. А вот моя ненаглядная принялась хмурить бровки и морщить лобик.

Спуск оказался много удобнее, ибо здесь имелось нечто, вроде каменного желоба. Очевидно, на тот случай, если мамаши с колясками вздумают отдохнуть на пляже. И мы торжественно, как настоящие Каннские знаменитости на красной дорожке, спустились к зрителям и почитателям. Напряжение несколько спало, и большая часть автоматов опустилась, но парочка ещё продолжала нервировать. Нет, если подумать, то девочки выглядели устрашающе…Маруся — то ещё чудовище!

— Обнимемся? — предложил я Диане и сделал шаг навстречу, вскидывая руки для объятий. Автоматы вновь поднялись. — Поцелуемся? Или ты совсем не скучала? Какое разочарование!

— Я же тебя, падла, прикажу пристрелить! — прошипела Диана и отступила на шаг. Хм, собственное оружие куда-то просрала, очевидно. — Никто даже не узнает.

— А, так ты дорогу наверх уже нашла! — обрадовался я и заговорщически подмигнул спутницам. — Видали, как богует: этого — пристрелю, этого — заколю, а вон тех — изнасилую и съем.

При словах: «вон тех», учёные начали заметно нервничать. Хм, неужели имелись попытки?

— Где Паша? — собеседницу бросало из одной крайности в другую.