– Не знаю. Наверное, боится скандала. Он ведь считает сэра Джона Теннанта своим заклятым врагом, хотя вряд ли сэр Джон об этом знает. Как бы то ни было, папа требует, чтобы я осталась дома, и даже слушать ничего не желает.

Мне не очень хотелось, чтобы она втянула меня в обсуждение этого вопроса, поэтому я торопливо проговорила:

– Cela ne mе regarde pas, Mаm selle Jane. Veuilleg parler en français, s il vous plait...

Больше ничего сказано не было ни тогда, ни потом, и даже Джеральд ни разу не заикнулся о прогулке, наверно, потому что сестра передала ему, как я дала ей понять, что это не моего ума дело.

После посещения музея мы уселись в кэб и поехали по набережной Челси до Вестминстера, а потом уже свернули на Портленд-плейс. Улочки Челси напомнили мне о Тоби Кенте, и мне стало интересно, живет ли он еще тут или уехал в Париж. У меня сохранился его адрес, и я решила немедленно написать ему, как только мы приедем домой.

А на другой день я получила письмо, первое письмо с тех пор, как я поселилась в Англии, и тотчас узнала небрежный и в то же время понятный почерк Тоби Кента. Письмо было коротким.

Юная Маклиод! Здравствуйте. Пожалуйста, попозируйте мне еще раз! Лучше всего днем. В это время в моей студии хороший свет.

Ton vicille ami,

бывший матрос Тоби Кент

Хетти принесла письмо мне в комнату вместе с утренним чаем, и я, прочитав его, рассмеялась. После завтрака я отправилась в кабинет мистера Райдера и спросила, не уделит ли он мне несколько минут. Он оторвался от бумаг, которые читал, и сказал:

– Да. Слушаю вас, Ханна.

– Могу я взять выходной на этой неделе или на следующей, сэр?

– А почему бы нет?

– Я хотела быть уверенной, что не понадоблюсь вам.

– Хорошо. Что-нибудь случилось?

– Меня пригласил мой друг. Он живет в Челси. Мистер Райдер откинулся на спинку кресла:

– У вас есть друзья в Челси?

– Джентльмен по имени Тоби Кент, сэр. Он художник, и мы знакомы еще с Монмартра.

– Художник? Откуда он знает, где вы живете?

– Сэр, Уилларды и мистер Эндрю Дойл знакомы с ним. Наверно, они ему сказали адрес.

Себастьян Райдер задумчиво кивнул:

– Я тоже слышал о Кенте. Недавно он весьма прославился в Париже. Пара фотографий с его картин была в журнале месяц назад. Как я понимаю, вы позировали ему для «Девушки с бабочкой?»

Я в изумлении уставилась на него.

– Д... да, сэр, – пролепетала я. – Не думала, что вы знаете. Надеюсь, сэр, вы не сердитесь?

– Я догадался. А почему, черт подери, я должен сердиться? Мне самому нравятся некоторые картины этого молодого человека. В клубе мне сказали, что у него большое будущее.

– Сэр, я не знала, что это вам интересно.

– Мне неинтересно. Мне интересны вложения. – Себастьян Райдер оглядел меня веселым взглядом. – Значит, вы хотите встретиться с этим молодым человеком? Я только думаю насчет приличий...

– О нет, сэр. На Монмартре мы жили на одном этаже, и мистер Кент всегда относился ко мне с большим уважением. Вы думаете, я могу бросить тень на вашу семью, если пойду к нему одна? Но я попрошу Мэтти...

– О Господи, нет, – нетерпеливо проговорил он. – Плевать мне на приличия. Когда вы хотите взять выходной?

– Я точно не решила, куда мы завтра отправимся с мисс Джейн и мастером Джеральдом, так что я сегодня напишу мистеру Кенту, и он получит письмо с вечерней почтой, и, если вы не возражаете, я хотела бы уйти завтра.

– Да. Хорошо. Если он будет выставлять свои картины, скажите мне, в какой галерее.