Помоги мне!

Бастиана трясло. Мелкие веточки царапали его кожу, но он этого почти не замечал. Казалось, в мире больше не осталось ничего и никого, кроме рыдающей девушки с фиолетовыми волосами, которую он прижимал к своей груди. Он понятия не имел, где они оказались. Только понимал, что они вернулись в мир живых из бесконечного царства теней и смерти. Да, они вернулись на свет, но он все равно чувствовал, что вокруг тьма. Боль – размером, наверное, с гору, если не больше – навалилась ему на плечи и теперь заглушала все остальные чувства. Он еще крепче обнял Эбби. Может быть, для того, чтобы утешить ее, а может быть, и для того, чтобы самому не сломаться.

– Нет! – рыдая, она уткнулась лбом в его плечо. – Нет! Мы должны вернуться, мы не можем…

Он погладил ее по волосам и прижался губами к ее виску.

– Все кончено, – прошептал он и сам всхлипнул. Сейчас Бастиан, как никогда раньше, нуждался в поддержке другого человека, и он всерьез боялся, что Эбби сейчас просто встанет и уйдет. Уйдет, потому что он не был тем братом, по которому она так горько плакала. Уйдет, потому что не простит ему, что он вытащил ее из бездны. Потому что она не простит ему того, чего он и сам, скорее всего, никогда не сможет простить себе. Он потерпел неудачу как хранитель, как брат и друг. И это стоило жизни Тристану.

– Должен же быть какой-то выход! – хрипло проговорила она. Его рубашка вся пропиталась ее слезами. Когда же она посмотрела на него, в ее глазах отразилась боль всего мира. – Мы должны что-то сделать! – выдохнула она и снова уткнулась ему в плечо. – Господи, Бастиан! Как же больно!.. Как же это больно!.. Я… мне, кажется, дышать нечем, я… Я не могу…

– Т-ш-ш, – шептал он, хотя сам не знал, как будет жить дальше. Он должен быть сильным, но сейчас в нем не осталось ничего, кроме боли.

Эбби обхватила его руками за шею, и с каждым ее судорожным вдохом его собственная боль усиливалась. Его брат мертв. Из-за его ошибки. Он умер – как герой.

Почему он не видел, как это происходит? Он ведь заранее все знал. Он видел, что Эбби ввергнет мир в хаос. И она действительно открыла врата света, как он и предсказывал. Она сделала это сознательно – чтобы спасти Тристана.

Она использовала свою сверхъестественную силу, но не для того, чтобы уничтожить мир, а для того, чтобы спасти его брата. И все же спасения не было. Не для нее – и не для Тристана тоже.

Бастиан так крепко прижал Эбби к себе, что она едва не задохнулась. Он должен чувствовать ее. Она – это единственное, что сейчас имело для него значение.

«Позаботься, пожалуйста, о девушке, которую мы оба любим», – эхом отозвался в его голове голос Тристана. Брат просил его позаботиться об Эбби. И он не мог его подвести. Не должен.

Он поцеловал ее в шею и начал гладить ее по голове.

– Все будет хорошо, – пробормотал он.

Ветки больно кололи кожу, но его это не волновало. Медленно Бастиан опустился на землю вместе с девушкой.

– Все будет хорошо, Эбби, – повторил он и огляделся. За виллой Зака Морана садилось солнце, и он понял, что они оказались в парке, совсем недалеко от того места, где они через тень пробрались в сад Морана. Кажется, это произошло целую вечность назад. Тени кустов в вечернем свете были длинными, и они ложились на них, как одеяло. Дыхание Бастиана стало спокойнее. – Все будет хорошо, – повторил он. Он смотрел на плачущую девушку, которая прижималась к нему. Она уже не плакала, а просто жалобно скулила, и он гладил ее по волосам, понимая, что не сможет утешить. Небо над ними окрасилось в пурпурные цвета, и у него сжималось сердце, когда он смотрел на нее.