Никита не сразу понял, что обращаются к нему, потому ответил с небольшой заминкой, повернув голову в сторону девушки.

— Мне только на следующий год. Я не решил ещё. Хожу вот по открытым дверям, выбираю.

— Да что тут выбирать? — Удивился молодой человек. — Конечно же юрфак! Можешь стать кем захочешь! Хоть в армию, хоть в органы, хоть на производство. Юристы везде нужны!

— Мне бы ещё понять кем я хочу стать. — Никита покачал головой.

— А что умеешь? — Кудряшка чуть красуясь изогнула точёную шейку.

— Да особо ничего. — Никита повернулся к студентам, держа пиджак в руках, повёрнутый подкладной наружу. — Рисую немного, чуть-чуть занимаюсь спортом.

— А оценки? — Спросила рыжая.

— Пятёрки. — Никита кивнул. — Говорят будет золотая медаль.

— Да, завистливо протянул парень. — При таких вводных, можно хоть в академию КГБ, или в Плехановку поступать.

— Не хочу под погоны. — Никита покачал головой.

— Так всё одно придётся отдать долги Родине. — Парень пожал плечами. — Или ты из этих, уклонистов?

— Нет, своё отслужу конечно. — Никита улыбнулся. — Но отдавать армии всю жизнь как-то не готов. Тут ведь дело не только в том, чтобы слушать чужие приказы. Но и в том, чтобы отвечать за своих подчинённых. Накосячит какой-нибудь деятель, а ты стой красней перед начальством или чего похуже. Та же история и на производстве, если не хуже. А уж в правоохранительных органах, такие низовые кадры, что хоть рядом не проходи.

— Не любишь милицию? — Усмехнулась рыженькая.

— Дело не в любви. — Никита вздохнув повернулся полностью. — Просто человечество в целом не очень умно, паталогически лживо, и склонно искать простые решения, которые верными не бывают. И в ситуации, когда самых умных сначала забирает высшее образование, затем остатки выметает всякая гуманитарщина, техникумы и ПТУ, что остаётся? И вот это идёт в низовые сотрудники милиции. А выход только один. Повышать интеллект всей популяции, несмотря на то, хотят люди становится умнее или нет. Создавать такое общество, в котором ты либо на дне получаешь пособие, позволяющее не сдохнуть с голода, либо бесплатные курсы, книжки, обучающие циклы и так далее.

— Эка, завернул. — Парень рассмеялся. — Тогда тебе или на научный коммунизм, или на философию. — Он протянул руку. — Виктор, а это Надя, Лена и Анна.

— Не. — Никита пожал руку и представился. — Я тоже люблю простые решения.

— А я тебя знаю. — Рыженькая тряхнула волосами. — Ты Калашников, который банду арестовал. — Она повернулась к подругам. — Ну помните, зимой было. Они ещё женщину при ограблении убили.

— Было. — Виктор кивнул. — И этот человек только что распинался о том, как плохо служить в милиции!

— Так я там и не служу. — Никита усмехнулся. — Но смотреть как какая-то мразь, устанавливает свои законы поверх наших, советских, не могу. — Он переложил свёрнутый пиджак в другую руку, и ордена слегка звякнули.

— А ещё ты тоже каких-то бандитов арестовал.

— Да те вообще придурки. — Никита вздохнул. — Хотели меня ограбить, ну и получили… Сначала от меня, а затем от судьи.

— Много дали? — Поинтересовался Виктор.

— Там за ними ещё много чего оказалось, так что да. Влепили на полную. Вышку. Пока говорят живы, но знающие люди утверждают, что недолго. Роман Андреевич, же специальное распоряжение издал, чтобы не доказывали сверх максимального наказания. Есть на вышку, ну и извольте на суд. Чего зря время тянуть?

Рыжая Надя, точно знавшая что Роман Андреевич — это генпрокурор Руденко, только слегка оторопела, но внешне никак не проявила реакцию.