Я преодолел один «пропускной пункт», тот, что сразу за воротами, и зашагал по вымощенной красным кирпичом дорожке к зданию. Лучше не торопиться. Уважаемые люди делают вид, что не торопятся.

У входа традиционная статуя Фемиды с весами в руке и с завязанными глазами. Почему ей нельзя хоть одним глазком глянуть, не бросил ли кто на весы пачку денег, не понимаю. Ну да не моего ума это дело. Фемида огромная, железная. Лицо у ней мрачное, безразличное ко всему. Мелкие существа под названием «люди» суетятся у ее ног. Кто они по сравнению с богиней правосудия?

Миновав охрану на входе, поднялся на четвертый этаж. Так, где зал № 4, в котором идет наш процесс? Вот он. Перед дверью — никого. Как я понимаю, все, кто должен был прийти, уже внутри. Поэтому лучше побуду здесь. Если что, меня позовут.

Я сел на лавку и даже решился подремать. Люди тут почти не ходят, никто не увидит. Дни последнее время суматошные, не высыпаюсь. Даже если рано ложусь, все равно сплю плохо. Кошмары — мои верные ночные спутники. Одного меня они не оставляют.

* * *

Дверь сарая заскрипела и открылась, в темное помещение проник дневной свет. Молодой парень в очках и в белом халате, сидящий на корточках перед огромной железной клеткой, испуганно вскочил.

В сарай вошли двое мужчин. Первый — крупный, лет пятидесяти, похожий на бывшего штангиста, с грубым и властным лицом. Левую щеку пересекал кривой шрам. За его плечами стоял другой — того же возраста, повыше первого, но худощавый. Он улыбался, а на его пальце поблескивало кольцо с большим драгоценным камнем.

Парень в очках поклонился и замер, не решаясь заговорить первым.

— Как он? — спросил первый вошедший, указывая рукой на клетку, в темном дальнем углу которой лежало какое-то темное существо, напоминающее огромную обезьяну.

— Очень хорошо! — быстро ответил человек в белом халате, явно волнуясь. — Даже лучше, чем ожидалось!

— Выполняет приказы?

— Еще как! Почти без нареканий! Как солдат-новобранец, хахаха!

— Почти? — мрачно прищурился мужчина со шрамом. — Что значит «почти»?

— Иногда медленно понимает, чего от него хотят, но потом все делает! Я не обманываю! Я могу показать! Он спит, но я разбужу его!

— Не надо, — усмехнулся собеседник. — Пусть отдыхает… набирается сил. Они ему скоро потребуются. У тебя на работе все хорошо?

— Да… Никаких проблем…

— Полиция или Имперская безопасность не появлялись?

— Нет… никого не было. Я никому не нужен, хахаха! — нервно рассмеялся парень.

— Можно подумать, они сообщат, что начали тебя проверять, — хмыкнул худощавый. — Как тяжело иногда с этими научными деятелями.

Парень опустил голову и ничего не ответил.

— Ладно, не отвлекайся, — сказал мужчина со шрамом. — Но если что — немедленно сообщай. И напоминаю — еще раз захочешь принести с собой мобильник, не обижайся, будет еще хуже. Что-что, а больно делать мы умеем. По расположению телефона тебя, а значит, и нас, можно запросто отследить. Неужели это так сложно вбить в свою тупую башку?

— Нет, я все понял, больше не повторится, извините пожалуйста…

— Занимайся, — последовал короткий ответ, и пришедшие покинули сарай, закрыв дверь.

Человек в халате облегченно вытер ладонью вспотевший лоб.

* * *

Даже не успел задремать, как зазвонил телефон. О… сестра. И по видеосвязи. Что-то случилось. Точно.

— Привет!

Личико встревоженное.