Понадобилось несколько секунд, чтобы до нее дошел смысл вопроса.

— Ты имеешь в виду университетских биологов? Я здесь всего шесть дней, а они убыли пару недель назад.

— А вы не с ними?

— Вряд ли. Я фрилансер.

— И вы никак не можете с ними связаться?

— Нет, — она повернулась к нему, не снижая темпа. — А ты не можешь просто позвонить… кто там тебе нужен? У них там вроде не должно быть проблем со связью.

— Это моя сестра. И нет, я не могу ей позвонить. — И на всякий случай добавил. — Это сложно объяснить.

Женщина пожала плечами — ей не было до этого дела.

— Мне жаль, но я действительно не знаю, куда они направились.

Прабир был сильно разочарован, но старался не терять надежду. До того, как он поселился в гостинице, он даже не надеялся узнать что-то в ближайшие несколько дней.

— Ладно, удачи вам с saliva, — сказал он. — Я даже представить не могу, что заставило вас отправиться в бар без секвенсора.

Она рассмеялась.

— Мне нет оправданий, не так ли? У меня с собой была камера примерно такого же размера, и я представить не могла, что он мне понадобиться. Секвенсор был бы в тысячу раз полезней, но, увы… я оставила его в лодке.

Прабир даже не попытался скрыть свое удивление.

— У вас есть лодка? И вы все еще здесь уже шесть дней?

— Не зли меня, — она мрачно уставилась на него. — Я рассчитывала за три дня запасти провизию и нанять проводника. Но все, с кем я говорила, хотели привлечь к этому делу всех своих друзей и родственников: никакого проводника без команды.

— Так у вас уже есть команда?

Она закатила глаза.

— У меня совершенно новое судно с МГД-двигателем, а не prahu с парусами и мачтами, так что команде там совершенно нечего делать, кроме как ловить рыбу и загорать за мой счет. Я пришла на нем сюда из Сулавеси и прекрасно могу управляться с ним сама. Я подготовилась к докторантуре в Абердине, работая при этом на рыболовном траулере в Северном море. Так что здесь я себя чувствую, как в городском пруду.

Прабиру стало интересно, приходило ли ей в голову, что далеко не все в Амбоне сомневаются в ее мореходных способностях или хотят вытянуть у нее побольше денег. Большинство местных мужчин посчитали бы неприемлемым остаться вдвоем с иностранкой на лодке, а большинство женщин не имели бы особого желания взяться за подобную работу. Самое простое, что можно было сделать — это нанять столько прихлебателей, сколько того потребуют приличия.

Имелся, правда, и менее затратный вариант.

— Если вы смогли справиться с Северным морем, то я доверюсь в любой момент. А я вырос на этих островах.

— Неужели?

Он спокойно кивнул, планируя прибегнуть ко лжи только в крайнем случае.

— Я родился в Калькутте, но моя семья переехала сюда, когда мне было шесть. Сейчас я живу в Канаде, но все еще думаю об этом как… — он умолк, не в силах произнести правду, хотя несколько более-менее честных вариантов вертелось у него в голове.

Они уже почти дошли до бухты. Она остановилась и протянула ему руку.

— Меня зовут Марта Грант.

— Прабир Суреш.

Она подняла предплечье и, осмотрев рану, мрачно заявила:

— Я потею как свинья. Я не смогу найти никаких образцов: их или смоет, или они распадутся прямо сейчас.

На руке набухал ярко-красный рубец.

— Забудьте про ДНК, — сказал Прабир.