— Пойдем. Вернуться из воды, прежде чем мы отдохнуть. Он недолго будет без сознания.

Прабир, пошатываясь, стоял за ней, все еще держа ее за руку. Его зубы стучали.

— Вы же биолог? — спросил он по-английски. — Вы здесь с экспедицией?

Она нахмурилась и ответила на английском:

— Вы не местный? Я знала, что здесь вокруг нет деревень, но — вы ученый?

— Кем же я еще могу быть? — рассмеялся Прабир. Надо придерживаться легенды. Его ноги подкосились. Женщина присела рядом с ним.

— Хорошо. Мы немного отдохнем, а затем я отведу вас обратно в базовый лагерь.

— И чем вы здесь занимаетесь?

Она кивнула на змею, чья голова покоилась на мангровых корнях, куда ее загнали, но уже появились первые признаки того, что рептилия приходит в сознание.

— Наблюдаю за змеями, среди прочего. Хотя я предпочитаю не подбираться к ним настолько близко, как вы. — Женщина неуверенно улыбнулась и добавила: — Вы счастливчик. Учитывая, что она уже схватила добычу, я не была уверена, что даже самая неистовая имитация попавшего в беду животного, привлечет ее внимание. Я что-то такое читала об антагонизме чрезмерных стимулов и задержкой сигналов.

Змея пьяно соскользнула с мангров, и, прежде чем уплыть, полностью появилась на воде плоской синусоидой. Ее длина была как минимум метров двадцать.

— И чем они живут? — заторможено спросил Прабир. — Здесь не может быть достаточно туристов.

— Я думаю, что они питаются в основном дикими свиньями. Но я видела однажды, как такая схватила соленоводного крокодила.

Он уставился на женщину, затем вскочил на ноги.

— Здесь есть крокодилы? Где-то там моя спутница! — Прабир, как сумасшедший, помчался к берегу. — Марта? Марта!

Грант неожиданно появилась из джунглей позади него. Она, казалось, собиралась шутливо выругать его за медлительность, но увидела его спасительницу. Грант заколебалась, словно ожидая вступления, затем начала сама:

— Меня зовут Марта Грант. Я с Прабиром, мы разделились.

— Сели Ояни.

Они подошли и пожали друг другу руки. Грант выжидательно повернулась к Прабиру, явно понимая, что пропустила что-то важное, но тот просто не знал с чего начать. Если бы питон не скрылся, он бы просто указал на него и изобразил бы все остальное.

Ояни тоже смотрела на него, но с недоверием.

— Вы, случайно, не Прабир Суреш? Брат Мадхузре?

— Это так.

— И ты последовал за ней сюда от самого Торонто?

— Да.

На лице Ояни расплылась широкая, довольная улыбка.

— У тебя большие проблемы, — сказала она.

Часть пятая

10

Корабль экспедиции стоял на якоре за пределами рифов; биологи высадились на небольших лодках и разбили лагерь из полудюжины палаток на травянистой равнине недалеко от пляжа. Была середина дня, и лагерь был почти пуст, почти все были по-прежнему в поле. Но одним из участников экспедиции, взявшим себе выходной, оказалась женщина с медицинской подготовкой — она осмотрела Прабира, чтобы убедиться, что у него ничего не сломано и дала ему глюкозу и седативное.

Они все трое были покрыты болотной грязью, так что им пришлось вымыться в океане, а Ояни нашла им чистую одежду. Прабир все еще нетвердо стоял на ногах и его вели через лагерь, как младенца.

— Давай, чемпион, — сказала Ояни. — Можешь пока воспользоваться моей постелью, а к вечеру мы что-нибудь организуем.