Изменить размер шрифта - +

– Трогай, будь ты неладен, – крикнул Стивену Эспер, пока камни еще сыпались.

– Но я… – запинаясь, проговорил Стивен, который не мог отвести взора от рушившегося здания.

– Если нам удастся скрыться, то мы еще повоюем, – пытаясь образумить юношу, крикнул Эспер. – А если будем стоять на месте и таращить глаза – умрем прямо сейчас.

Немного помешкав, Стивен взобрался на Ангел, и они понеслись так, будто темные духи наступали им на пятки. Хотя, кто знает. Возможно, именно так и было.

 

13. Встреча

 

Казио стоял, прислонившись к гранатовому дереву и положив руку на эфес Каспатора. Увидев его, девушка в пруду громко ахнула и, к большому сожалению юноши, погрузилась в воду по самый подбородок. Хотя и раньше Казио приходилось довольствоваться только видом белой шейки, которая, насколько он успел заметить, была довольно хорошенькой, – все остальное тело белело лишь мутным пятном под водой, – но теперь даже ее не стало видно.

Улыбнувшись, молодой человек ткнул концом рапиры в кучку одежды.

– Благодарю тебя, – весьма сдержанным тоном произнес он, обратив лицо к небу. – Благодарю тебя, госпожа Эренда, покровительница влюбленных, за то, что исполнила мое желание.

– Какое еще желание? – сердито огрызнулась девушка. – Никакое я вам не желание. Не знаю, кто вы такой, но требую, чтобы вы сейчас же удалились прочь.

Она говорила на ломаном вителлианском, а акцент был столь же экзотичным, как и цвет ее волос.

С каждой минутой девушка возбуждала в Казио все больший интерес. С тех пор как несколько недель назад он вместе с з'Акатто воспользовался гостеприимством графини Орчавии, Казио был совершенно лишен женского общества, если, конечно, не считать самой хозяйки. Дело в том, что графиня предпочитала держать мужскую прислугу, а до ближайшей деревни была целая неделя ходу. И теперь, когда в лиге от замка юноше неожиданно подвернулась купальщица, он счел эту встречу за большую удачу.

– Я вам не слуга, леди, – ответил Казио. – И не собираюсь исполнять ваши приказания, – он укоризненно погрозил ей пальцем. – К тому же откуда вам знать, чего я желаю, а чего нет? Например, вот сейчас я шел по тропе и взывал к госпоже Эренде. «Госпожа Эренда, – говорил ей я, – этот мир преисполнен мерзости и боли. Он являет собой мрачное пристанище горя и скорби, а мой жизненный опыт научил меня презирать их. Поэтому я, Казио Пачиомадио да Чиоваттио, который некогда любил жизнь, в свои молодые годы уже до смерти от нее устал. Госпожа Эренда, – молил ее я, – если всего на одно мгновение ты покажешь мне самую совершенную красоту, которая только существует в этом мире… Если ты покажешь ее всего на один миг, я смогу найти в себе силы влачить существование дальше. Смогу продолжать нести ту ношу, которая выпала на долю такого, как я, человека». Стоило мне произнести свою молитву, как всего минуту спустя я услышал плеск воды, потом увидел этот пруд, а в нем – ответ на мою просьбу.

В некотором смысле это была правда. Он беспрестанно мечтал о женском обществе, но к покровительнице любви с молитвой ни разу не обращался, по крайней мере сознательно.

После его пространной речи юная особа в пруду еще сильнее нахмурилась.

– Неужели все вителлианские девушки так глупы? Или вы считаете меня дурнее их, поскольку я иностранка?

– Дурнее? Нисколько. В вашем взоре я вижу блеск ума. Возможно, вы были несколько неосмотрительны, когда решили искупаться в пруду, столь часто посещаемом мужчинами с большой дороги и прочими образчиками плохой репутации. Но лично я уверен, что вы это сделали исключительно постольку, поскольку эта местность вам незнакома.

Быстрый переход