– Должен признать, – глядя на нее сверху вниз, произнес он, – неискаженный образ видеть мне еще не довелось. Водная рябь, возможно, скрасила некоторые недостатки фигуры. И я уже начинаю сомневаться, в самом ли деле вы столь красивы, сколь я себе вообразил.

– Нет уж, дудки, – бросила уязвленная его замечанием Фиена. – Такого пренебрежения я не потерплю. Сейчас вы убедитесь, есть ли у меня изъяны или нет.

С этими словами Фиена стала подниматься из воды, но когда ее уровень дошел до ключиц, девушка презрительно фыркнула и снова погрузилась вглубь.

– Повторяю, – произнесла Фиена. – Почему вы считаете меня настолько глупой?

– Я сам глупец, – опустив голову, произнес Казио. – И уже знаю, что ваша красота совершенна.

Поначалу Фиена закатила глаза, но потом посмотрела на Казио цепким взглядом.

– Я обручена, сэр, и мне наплевать, считаете ли вы меня совершенной или безобразной.

– Значит, вы никакая не монашка.

– Меня послали сюда учиться, только и всего.

– О, слава всем повелителям и повелительницам темного неба и земли! – восторженно выпалил Казио. – По крайней мере, теперь у меня забрезжила пусть слабая, но все же надежда.

– Надежда? На меня? Нет у вас никакой надежды, если вы не собираетесь меня убить, чтобы надругаться над моим телом. Но знайте, в таком случае вам не миновать мести моего избранника Родерика.

– Родерика? Какое-то неполноценное имя. Напоминает прыщ или нечто похожее на обман.

– Он благородный и очень хороший. И в отличие от вас, никогда не воспользуется беззащитным положением девушки.

К своему великому удивлению, Казио вдруг обнаружил, что у него загорелись уши.

– Тогда его вряд ли можно назвать мужчиной, – продолжал парировать он, – ибо ни один настоящий мужчина не смог бы отвести глаз от вашего личика.

– Так вас интересует только мое лицо? Тогда почему вы не даете мне одеться? Мое платье не скроет его черт.

– При одном только условии. Обещайте не убегать и немного со мной поговорить, – согласился Казио. – У меня почему-то создалось впечатление, что вы не слишком торопитесь.

Девушка удивленно подняла брови.

– Ну, хоть повернитесь ко мне спиной.

– Так и быть, госпожа. – Он исполнил ее просьбу и отвернулся.

Казио не поддался искушению обернуться, даже когда услышал плеск воды и шуршание одежды, свидетельствовавшие о том, что девушка вышла на сушу и начала одеваться.

В какой-то миг она находилась так близко, что он вполне мог коснуться ее. Но молодая особа, насколько он успел заметить, была с норовом. Она могла не спустить ему с рук такой выходки.

Казио услышал, как, забрав одежду, она снова направилась к пруду.

– Какой сегодня день? – спросила она.

– Можно повернуться?

– Нет, еще нельзя.

– Сегодня мензоди.

– Еще целых три дня, – пробормотала она. – Что ж. Спасибо.

– Три дня до чего? – не удержался от вопроса Казио.

– У вас есть что-нибудь поесть? – вместо ответа спросила она.

– К сожалению, нет.

– Ладно. Нет, не поворачивайтесь, я еще не закончила. От нетерпения Казио надул щеки и топнул ногой.

– Вы так и не сказали, что здесь делаете, – поинтересовался он. – Решили поозорничать?

Она ничего не ответила.

– Я могу повернуться? – спросил Казио.