Изменить размер шрифта - +

Пока войска из второго эшелона строились, принимая боевой порядок, Марко, взяв с собой роту солдат, отправился на место катастрофы. Увиденное потрясло его и привело в состояние неописуемого гнева. Вздыбленные рельсы, развороченное железнодорожное полотно, глубокая воронка, на ее дне догорали обугленные обломки и валялись трупы. Сомнений быть не могло. Все это были результаты мощного взрыва с использованием динамита.

— Ах, мерзавцы! Негодяи! — вскричал разъяренный бей. — Осмелились напасть на меня! Уничтожили пятьсот моих людей, целый батальон! Но я страшно отомщу! Я пролью потоки их грязной христианской крови! Сожгу двести деревень, убью десять тысяч крестьян! Они еще пожалеют об этом!

Резкий свист, донесшийся откуда-то справа, из темноты, прервал его страстный монолог. По горизонтали сверкнуло несколько ярких вспышек, раздались выстрелы. Пули рассекали воздух. Марко чувствовал, как они пролетают мимо, ощущал их смертоносное дыхание. Привычным ухом он определил, что стреляют из манлихеров, малокалиберных карабинов. Это было хорошее оружие.

Его албанцы падали под неожиданно обрушившимся на них ливнем пуль. Возникла паника. Огонь вели по большому скоплению людей на путях. Было уже больше ста убитых.

Раздался второй сигнал, и где-то совсем рядом прозвучала энергичная команда: «Цельтесь ниже!» Последовал второй залп — сто двадцать выстрелов. Еще более сотни остались лежать на земле. Треть батальона была выведена из строя.

Марко, высокий, заметный, стоял среди солдат. Ни одна пуля, как ни странно, не задела его. И на этот раз хладнокровие не покинуло бея. Быстро оценив ситуацию, он все понял. Взрыв был устроен людьми Жоаннеса, они организовали засаду. Их много, но численное преимущество на его стороне. Если стрельба еще продолжится, македонцы уничтожат весь его батальон. Надо срочно что-то делать.

Решение, принятое беем, отвечало его железной воле, бурному темпераменту и неукротимой отваге.

Атака! Только это сейчас годится. Яростно, напористо атаковать противника, и он не выдержит, дрогнет!

Выхватив саблю и даже не взглянув, следуют ли за ним его солдаты, Марко бросился в ту сторону, откуда летели пули, крича на ходу:

— Вперед! За мной!

Надо действительно обладать смелостью, чтобы вот так, в полной темноте, броситься на хорошо вооруженного и к тому же невидимого противника, бежать, не зная, куда ставишь ногу, атаковать в полный рост, не представляя как следует всю меру опасности, какой подвергаешься. Но албанцы, сущие дьяволы, не раздумывая устремились вслед за военачальником. С ружьями наперевес, подхватывая и перекатывая его крик: «Вперед!»

На этот раз со стороны патриотов прозвучало два свистка, но выстрелов не последовало. Тихо. Возможно, это сигнал к отступлению. Казалось, там, откуда только что обрушивался град пуль, нет ни души. Албанцы в порыве атаки пробежали уже около ста пятидесяти метров, но никого не встретили на пути. Тем не менее они все продолжали бежать вперед за своим главарем.

Марко, в ком смелость нерасторжимо сочеталась с осторожностью, инстинктивно чувствовал, что их подстерегает какая-то опасность. Он не понимал, какая именно, и это еще больше настораживало его. Бей предпочел бы видеть и слышать, а не теряться в догадках. Он был как слепец, сражающийся в кромешной темноте неизвестно с кем.

Своей хитрой натурой хищника албанец понимал, что это странное исчезновение противника, эта подозрительная тишина обманчивы, что здесь скорее всего ловушка. Но отступать не в его правилах. На глаза как бы опустилась кровавая пелена. Он был словно зверь на охоте, он жаждал добычи.

 

ГЛАВА 4

 

Ночная атака. — Идея Жоаннеса. — Проволока. — Опять бомбы. — Оскорбления. — Сопротивление. — Лицом к лицу. — Перемирие.

Быстрый переход