Не успел Диган выкурить трубку и обдумать услышанное, как раздался стук в дверь. Открыв ее, он оторопел: только что полученное описание полностью совпадало с обликом ночного посетителя.

— Чем могу служить, святой отец? — Диган сделал шаг в сторону, пропуская Кассейна внутрь.

Они прошли к маленькому бару, и Диган, чтобы получше прийти в себя, пошуровал кочергой в камине.

— Мне сказал ваше имя один из моих прихожан. Дэнни Мэлоун. Кстати, а меня зовут Дали, — объяснил Кассейн.

— Дэнни, да? Слышал, у него плохи дела.

— Умирает, бедняга. Он говорил, что за хорошую плату или ради общего дела вы иногда доставляете людей на Мэн.

Диган зашел за стойку бара и налил себе виски.

— Не желаете присоединиться, святой отец?

— Нет, благодарю вас.

— У вас неприятности? Политические или с полицией?

— И то, и другое.

Кассейн вынул из кармана десять пятидесятифунтовых банкнот и положил их на стойку.

— Договоримся?

Диган неторопливо взял деньги.

— Почему бы и нет, святой отец? Присаживайтесь к огню и грейтесь, а я поднимусь к себе, переоденусь и ненадолго отлучусь.

— Позвольте полюбопытствовать: куда?

— К приятелям. Сам я не смогу вести лодку, вы ведь понимаете. В помощь мне нужен хотя бы один человек, а еще лучше двое.

Диган вышел, плотно прикрыв за собой дверь. Когда под его грузными шагами заскрипела лестница, Кассейн зашел за стойку, подошел к телефону и стал ждать. Скорее всего наверху есть еще один телефон. Подключены они, конечно же, параллельно, если Диган решит позвонить, этот отзовется. И впрямь, в аппарате легонько звякнуло, и Кассейн осторожно поднял трубку.

Мужской голос быстро говорил:

— Это Диган из Баллиуотера. Мне нужен мистер Мак-Гиннес.

— Он уже лег спать.

— Разбудите немедленно. Он здесь, у меня. Тот парень, о котором вы мне звонили.

— Подождите минутку. — Потом в трубке раздался другой голос:

— Слушаю. Это ты, Шон?

— Ну, да. Этот священник здесь, у меня в пивной. Называет себя Дали. Только что дал мне пять сотен, чтобы я доставил его на Мэн. Что мне делать? Задержать его?

— Я бы много дал, чтобы увидеть, как он умрет… У тебя есть надежные парни?

— Фил Иган и Тадж Мак-Атир.

— Значит, пусть он умрет, Шон. Ты просто не поверишь, если я расскажу, что́ этот тип натворил в прошлом, сколько зла принес нашему движению. Посади его в свою лодку. Все тихо-мирно. Пуля в затылок в трех милях от берега — труп за борт.

— Считайте, что сделано.

Диган положил трубку, переоделся в старый бушлат и сапоги и спустился в бар.

— Я скоро вернусь, святой отец. Чувствуйте себя как дома.

— Вы очень добры.

Кассейн зажег сигарету и, чтобы занять время, стал читать вечернюю газету. Через полчаса вернулся Диган в сопровождении двух мужчин.

— Фил Иган, святой отец. Тадж Мак-Атир.

Они пожали друг другу руки. Иган был маленьким жилистым крепышом, Мак-Атир выглядел старше, его огромный живот свешивался через ремень. Одет он был в старую штормовку. Лет пятьдесят пять, подумал Кассейн.

— Что, в путь, святой отец?

Кассейн хотел взять сумку, но Диган опередил его.

— Не спешите, пожалуйста. Мне надо знать, с кем я имею дело.

Он поставил сумку на стойку бара, открыл и проверил содержимое. Потом застегнул молнию и кивнул Мак-Атиру. Тот ловко обшарил Кассейна, нашел пистолет.