– Я тут кое-что нарыла, – шепотом сказала она.

– Ты все еще в управлении?

– Да.

Интересно, что ее заставляет так долго сидеть на работе, особенно в день, который начался так рано.

– И что же это? Мусорный бак? Сгоревшая книга?

– Нет, до них я еще не добралась. Тут кое-что другое. Извини, мне пора.

Говорила она довольно мрачно и, судя по тому, что ни разу не назвала меня по имени, в кабинете была не одна, а «нарытое» не обещало ничего хорошего.

– Слушай, Рейчел, у меня тоже кое-что есть. Тебе придется приехать в Лос-Анджелес.

Ее тон переменился. Наверное, уловив в моем голосе напряжение, поняла, что дело серьезное.

– А что такое?

– Я знаю следующий ход Поэта.

38

– Перезвоню позже.

Рейчел закрыла мобильник и сунула его в карман куртки. Последние слова Босха эхом отозвались в ее сердце.

– Агент Уоллинг, я буду весьма признателен, если вы прекратите отвлекаться от нашего разговора.

– Прошу прощения. – Рейчел посмотрела на Алперта, затем перевела взгляд на монитор, всю поверхность которого занимало лицо Брасс Доран. Та улыбалась.

– Прошу вас, агент Доран, продолжайте, – проскрипел Алперт.

– Да, собственно, я закончила. Это все, чем мы располагаем на данный момент. Судя по отпечаткам, хотя и неотчетливым, Роберт Бэкус был в этом трейлере. Это мы можем утверждать. Но был ли он там, когда трейлер взлетел на воздух, утверждать мы не можем.

– Что с ДНК?

– Соответствующий анализ материалов, добывая которые агент Уоллинг, хотелось бы подчеркнуть, сильно рисковала, может быть проведен, только если мы найдем образцы для сравнения. Иными словами, если нам каким-нибудь образом удастся получить генокод Роберта Бэкуса. Лишь тогда можно будет с уверенностью заявить, что это его или чей-то другой труп.

– А как насчет родителей Бэкуса? Может…

– Об этом мы уже думали. Но здесь – тупик. Его отец умер и был кремирован в ту пору, когда наука еще не додумалась до такой вещи, как ДНК. Мать же попросту исчезла, не оставив ни малейшего следа. Есть некоторые основания полагать, что она стала его первой жертвой.

– Похоже, этот тип все предусмотрел.

– Ну, если речь идет о матери, то тут, похоже, мы имеем дело с актом мести. Трудно поверить, что уже тогда он думал о будущих завоеваниях науки.

– Так или иначе, мы на мели.

– Извините, Рэндел, но наука может только то, что может.

– Это мне известно, агент Доран. Итак, все? Или есть что добавить? Что-нибудь новенькое?

– Боюсь, нет.

– Что ж, превосходно. Так я и доложу шефу. Нам известно: Бэкус был в трейлере, это подтверждается судебно-медицинской экспертизой и живыми свидетелями. Но при этом мы не можем с уверенностью заявить, что этот человек мертв, а мир избавлен от его присутствия.

– А нельзя ли убедить директора, чтобы он повременил и дал нам возможность свести концы с концами? Ради интересов следствия.

Рейчел едва не расхохоталась. Уж она-то прекрасно знала, что в Гувер-билдинг, что в Вашингтоне, округ Колумбия, интересы следствия всегда отступают на второй план перед интересами политики.

– Я уже пытался, – ответил Алперт. – И наткнулся на категорическое «нет». Слишком многое поставлено на карту. В результате взрыва, прозвучавшего в пустыне, кошка вырвалась на волю. Если человек, которого разорвало на куски, это Бэкус, – прекрасно, мы это подтвердим, и все останутся довольны.