— Это правда, я лишь хотел, чтобы ты освежил в памяти те события.

— Что ж, ты этого добился. Что дальше?

— Возник один вопрос, причем того сорта, которым, я полагаю, следует заняться Отряду особых заданий.

— Значит, ты так полагаешь. А что думает ее величество?

— Она об этом еще не знает. Посвящать ли ее — решать тебе после того, как ты услышишь то, что я собирался сказать.

— И это как-то связано с нападением на графа Сурке?

— Я расскажу тебе, а дальше сам рассудишь.

— Хорошо.

— У тебя есть отчеты по проведенному тобой расследованию?

Кааврен дернул головой.

— Вопрос, пожалуй, надо задать иначе: есть ли у ТЕБЯ отчеты по проведенному мной расследованию?

Пел хихикнул.

— Ты же знаешь, я порой слышу то, что другие говорят.

— И читаешь то, что другие пишут.

— Ладно тебе, это разве так плохо?

Кааврен покачал головой.

— Оставим это. Лучше скажи, что тебе показалось важным в этих отчетах.

— Я заметил то же, что и ты, друг мой.

— Ты про опросы, связанные с селом Бугор?

— Точно.

— Тогда мы действительно заметили одно и то же.

— Давай посмотрим. Будь любезен, прочитай соответствующий раздел.

— Хорошо, если хочешь.

Кааврен поднялся, открыл шкаф рядом со столом, и достал из него ящик, помеченный нынешним годом и словом «открытые». Там он отыскал толстый конверт, перетянутый белой резинкой, а порывшись в конверте, нашел искомую папку. Снова сел за стол, пролистал, и прочел вслух:

— «Вопрос: за последние дни или недели здесь бывали выходцы с Востока? Ответ: Выходцы с Востока, ваш-милость? Нет, никаких выходцев с Востока. Только пивовары-креоты, несколько орков, драконлорды как вы, несколько иссол, пара странствующих торговцев-джагал, да еще лиорн, он навещал двоюродного брата. Никаких выходцев с Востока, ваш-милость».

— А, так этот абзац привлек твое внимание, Кааврен? Я поражен.

— Да ну? Но если во всех прочих имелось нечто важное, признаюсь, я этого не заметил.

— Что ж, это честно, потому что я не заметил ничего важного в том, что ты зачитал.

— Что ж, я объясню тебе, что я заметил, если ты скажешь, что я упустил.

— Вполне равное соглашение, и я его принимаю.

— Тогда слушаю.

— Если ты вернешься к одиннадцатой странице…

— Кажется, ты хорошо знаком с документом, Пел.

— Возможно, я его видел.

— Ладно. Вот, открываю одиннадцатую страницу.

— Видишь, здесь твои наблюдательные и прекрасно обученные стражники описывают, что купили шесть бутылок вина, чтобы развязать языки тем, кого решили расспросить?

— Вижу, и более того, одобряю.

— А на полях, как ты, несомненно, заметил, ими приведена стоимость этих бутылок.

— Таковы правила, Пел, ведь если бы они не привели список расходов, то не могли бы требовать их возмещения, а значит, пришлось бы им за все платить из своего кармана.

— Разумеется, и это разумные правила.

— Тогда что же… ага, понимаю. Тогда это от меня ускользнуло. Очень уж невелика сумма за шесть бутылок «Эпришки».

— Точно.

— И все же я не понимаю…

— Кааврен, друг мой, что ты можешь сказать о вине «Эпришка»?

— Что оно, как на мой вкус, слишком сладкое, но все же пользуется хорошим спросом, и что его производят и разливают в Эприше.