— Если честно, то я не знаю, — сказала Шри. — Но могу расспросить.

Ответ нашелся у Альдера:

— С ними ничего не случается. Думаю, рыбы священны.

— Священны?

— Освящены самим архиепископом, — пояснил юноша.

Из–под полей шляпы было видно, как губы Ротко Янга расплылись в улыбке. Голову его поддерживал обделанный мягкой тканью шейный воротник.

— Все люди таким образом возвращаются к Гее?

— Только важные персоны, — сказал Альдер.

— А что же остальные?

— Тех, кто может себе это позволить, хоронят на экокладбищах. В лесах, на лугах с дикими цветами. Остальных перерабатывают напрямую.

— Все ясно. Еще один пример имущественного расслоения общества. Вы кого–то ждете?

— Похоже, наш лимузин застрял где–то в очереди, — ответила Шри.

— Если вы на прием, могу подбросить в своем флиттере.

— У меня слишком много работы, — заявила Шри.

Ее не пригласили на прием во Дворец Рассвета, но Ротко Янгу она об этом говорить не собиралась.

— Конечно. Через три недели все останется позади.

— Три недели, если все пойдет по плану.

— В ближайшее время ничего не изменится. Что же до взгляда в будущее, то нам придется усерднее трудиться, дабы убедить всех скептиков и оппозиционеров.

— Разумеется, — согласилась Шри. Но она знала, что Ротко Янг в курсе дела: ситуация гораздо сложнее.

Максимилиан Пейшоту был одной из ключевых фигур, которые занимались развитием и укреплением дипломатических и экономических связей между Землей и Внешними планетами. Под его началом открывались дипмиссии во всех крупных городах на спутниках Юпитера и Сатурна. Он спонсировал программы обмена учеными и деятелями искусства, выиграл внушительный грант на разработку и строительство межпланетного корабля нового поколения. Когда же легендарный гений генетики Авернус и наставник Шри, Оскар Финнеган Рамос, выступили с идеей подарить Радужному Мосту на Каллисто биом как символ возрожденного стремления к примирению, именно Максимилиан Пейшоту провел через Сенат законопроект, по которому выделили финансирование на строительство экосистемы вокруг рифов. Он обратился ко всем, кто был ему хоть чем–то обязан, и без зазрения совести пользовался своим привилегированным положением супруга президента. В результате ему удалось добиться победы с небольшим перевесом голосов. Каких–то десять недель назад, накануне отлета строительной бригады на Каллисто, он устроил большой прием в их честь. А теперь вот его не стало. Приостанавливать проект биома было уже слишком поздно — отряд строителей прибудет на Каллисто через несколько дней, да и в любом случае закрытие проекта сильно ударит по репутации страны. И все же смерть Максимилиана Пейшоту ставила под угрозу планы установления мира между планетами. Советники Шри просчитали возможные последствия, и в большинстве случаев перспективы выглядели мрачно.

Крошечные моторчики в суставах экзоскелета на Ротко Янге загудели, когда он наклонился к Шри и ее сыну.

— Открою вам один маленький секрет. Хоть я и атеист, но все же вознес молитву за успех нашего дела. В духе пари Паскаля. Если Бога не существует, от моей маленькой молитвы большого вреда не будет. Ну а если он есть, разве не самое время попросить его о заступничестве? Мы с вами участвуем в замечательных событиях. И нам стоит приложить все усилия, чтобы довести дело до конца и пожать плоды успеха. Тебе, наверное, не терпится оказаться на Каллисто, юный Альдер?

— Даже очень, сэр, — ответил Альдер. — А еще на Европе.

Ротко Янг упомянул несколько человек, с которыми Шри и Альдер просто обязаны встретиться, когда окажутся в Радужном Мосту, а затем направился к флиттеру, клацая экзоскелетом.