— А я пострелять хотел, — с наигранной досадой вздохнул Сашко. Олег пообещал:

— Настреляешься.

ГЛАВА 11.

Впервые в жизни Данила шёл куда-то по ночному лесу. Луны практически не было, темнотища царила — хоть глаз выколи, но, как ни странно, оказалось, что всё равно можно ориентироваться. На свете просто не бывает ПОЛНОЙ темноты, всегда хоть какое-то освещение, да есть. Кроме того, все ребята, когда стемнело, облучили глаза красным светом от Колькиного фонарика со светофильтрами разных оттенков. Способ нехитрый, а помог.

Сложнее было другое. Молчание плюс темнота плюс напряжение действовали на нервы. Когда сверху плавно, будто комок пуха, спикировала сова, а в кустах что-то забилось, Данила едва не выпрыгнул из штанов. Временами ему казалось, что в лесу он остался один, мальчишка невольно ускорял шаг, пока впереди не начинала маячить спина Олега.

Шли долго. Данила и не заметил, как ночь поредела, стала похожа уже не на чёрный занавес, а на реденькую серую марлю — и дело было не в том, что глаза окончательно освоились. Просто уже был четвёртый час утра. На проталинах появились тени. Впереди орали во всю мочь лягушки — так громко, что казалось, будто река рядом.

И вдруг разом замолкли. Молчание было даже угрожающим… но вот неуверенно квакнула одна, её поддержали ещё несколько, и хор залился с прежней силой и активностью.

Колька, шагавший впереди, поднял руку… потом — развёл обе руки в стороны, пригнулся и канул в заросли. Данила, не зная, что делать, остался

101.

на месте, его обогнали несколько ребят, а потом подошли Олег, Артур, Севка и Сашко.

— Вот и всё, еле слышно сказал Олег, — головной к реке вышел. Слышал, как они за лягушек квакали?

— За лягушек? — не понял Данила. Сашко хихикнул:

— Що ты за дурня…

— Блин! — разозлился на себя Данила. До него дошло.

Лягушек нельзя обмануть. Как бы тихо человек не шёл — они всё равно перестанут орать. Тут уж если внимательный часовой у врага — плохо дело. Но если пару раз сымитировать кваканье — зелёные снова завопят, будто ничего и не случилось.

В вышине над лесом — там, откуда они пришли — вдруг вспыхнула ярко-алым и начала снижаться алая ракета. За ней — белая и ещё одна алая. Олег засмеялся уже открыто:

— Предупреждают, только поздно!

И словно бы в ответ совсем рядом зачастили, перебивая друг друга, пентбольные автоматы: "Пок! Пок! Пок-пок-пок!.." Кто-то заорал без слов, просто: "У-уу!.. — с досадой, длинно. Олег махнул своим:

— Пошли, всё.

Берег оказался метрах в ста. Отлогий, хороший пляж. На нём лежали вытащенные полтора десятка лодок — с лодочной станции, борта у нескольких украшали алые брызги. На песке ещё дымился костёр, возле лодок сидели человек двенадцать-пятнадцать: уже без очков и оружия, тоже густо испятнанные алой краской — диверсанты от души постарались.

— Потерь нет? — весело спросил Олег у Кольки. Тот отмахнулся:

— Спали, только вон двое часовых в кустах… Мы их обошли. Ракеты видел?

— Видели? Такой фейерверк… Километра три отсюда.

Колька засмеялся:

— Бегут, наверное… Всё, отваливаем! В лодки, живо!

Олег Строев, командир охраны, мрачно наблюдал за погрузкой. Волосы у него были забрызганы красным. Сашко, проходя мимо развёл руками. Олег вяло отмахнулся:

— Вали… Всё по- честному.

Данила запрыгнул в лодку, куда уже сели Олег и Сашко. Сашко взялся за вёсла, Олег лёг на носу, выставив автомат. Артур и Севка столкнули лодку в воду.