–

Сначала о приятном. Дети-рационалы кажутся родителям-иррационалам невероятно организованными и «правильными», кажется, что они непременно преуспеют в жизни: они всегда убирают игрушки, делают домашние задания, приходят домой вовремя – все то, чему так хотели бы научиться родители-иррационалы, но никогда не смогут и знают об этом. С точки зрения родителя-рационала, ребёнок-иррационал беззаботен и игрив, не слишком переживает из-за повседневных семейных разногласий и сравнительно легко справляется с неизбежными проблемами при взрослении. Рационал может позавидовать подобной стрессоустойчивости.

Прошлым летом двое моих детей – у обоих есть семьи – решили покрасить свои дома. Семья рациональных логиков приступила к задаче ещё в феврале: они выяснили, как подготовить дом, какую краску покупать и когда лучше начинать покраску. Они измерили дом, подсчитали, сколько галлонов краски им понадобится, дождались распродажи и купили ровно столько, сколько было нужно. Семья иррациональных сенсориков пошла другим путём: они подобрали цвет, купили галлон краски, красили дом, пока краска не кончилась, потом купили ещё один галлон…

–

С точки зрения рационала, ребёнок-иррационал не может поддерживать порядок в своей жизни и иногда кажется совершенно «неконтролируемым». Вероятно, вы помните, что рационалы любят контролировать то, что их окружает – а ребёнок, безусловно, входит в этот круг. Но как бы сильно ни старался рационал, ему кажется, что ребёнок-иррационал ничего не может сделать вовремя и так, как надо:

– «Мам, я забыл тебе сказать, мне надо завтра принести в школу дюжину кексов».

– «Папа, надеюсь, тебе не нужна сегодня вечером машина? У меня будет важное свидание, я забыл тебя предупредить».

– «Что значит беспорядок? Мне нужно, чтобы все эти вещи лежали на столе!»

Исход таких ситуаций напрямую зависит от других предпочтений участников. Если родитель-рационал принадлежит к интровертно-этическому типу, он начинает обвинять самого себя в том, что не сумел достаточно хорошо воспитать ребёнка-иррационала. Стоит ли говорить, как серьёзно может повлиять такое отношение (не важно, высказано оно вслух или нет) на самооценку ребёнка? Если же родитель-рационал принадлежит к экстравертно-логическому типу, ему более свойственно выражать свою неудовлетворённость во внешних проявлениях, которые чаще всего сводятся к созданию «военной» атмосферы, дабы «воспитать» этого странного ребёнка. В подобных случаях страдает вся семья, включая других детей, которым также приходится жить в этой военной атмосфере. Разумеется, и родитель-рационал, и ребёнок-иррационал всего лишь делают то, что свойственно их типам, но попытки перевоспитать ребёнка приводят лишь к тому, что каждый из них начинает ещё более яростно защищать свою позицию, не желая идти на компромисс. Например, родитель-рационал начинает более строго требовать пунктуальности от ребёнка-иррационала, а тот, пытаясь справиться с этими требованиями, становится ещё более рассеянным: забывает свои вещи или опаздывает ещё больше, чем обычно.

Теперь давайте рассмотрим обратную ситуацию, где родитель – иррационал, а ребёнок – рационал. С точки зрения иррационала, упрямство и непреклонность ребёнка-рационала могут быть истолкованы как проявления эгоизма. Ребёнок, который постоянно твердит, что все должно быть «по-моему», приводит родителей-иррационалов в ужас, и подчас они теряют надежду его переубедить и оставляют его в покое: пусть делает то, что считает нужным. (Вероятнее всего, когда вы слышите чьи-то жалобы на «недостаточно воспитанных» чужих детей, речь идёт именно о детях иррационалов.