Глава 6

    Путь действительно занял немного времени. Только Тиселе несказанно удивилась, что Прелжа не просто регулярно меняла коней, но и делала это в чистом поле. Точнее сказать - каждый час карета останавливалась и Прелжа торопила Тиселе поскорее выходить. Их ждала другая карета, уже запряженная свежими лошадями, кучер прежней перетаскивал вещи, колдунья и Тиселе забирались в новую и ехали дальше.

    Все это - в спешке, быстро, будто они удирали от кого-то.

    -  Как вы это сделали?

    -  А? - откликнулась Прелжа. - Что сделала, милочка?

    -  Я о каретах, - пояснила бывшая ведьма. - Откуда вы их взяли?

    -  Ты думаешь, милочка, я их из кармана вытаскиваю? - развеселилась колдунья. - Нет, милочка, на это моей Силы не хватит, милочка, и ни у кого не хватит, Силы-то много надо, чтобы карету в карман положить, а потом вытащить, да еще такой же сделать. Она ведь помнется, а, милочка?

    -  Но ведь они откуда-то берутся.

    -  Откуда, откуда… приехали, милочка, приехали кареты, а откуда - не стоит знать, милочка, зачем тебе знать?

    -  Слишком они вовремя берутся из неоткуда, - пожала плечами девушка.

    -  Вот ты о чем милочка! Ох, и мудра ты, ох, и остра! Не просто так кареты появляются, не просто! Много денег у меня, ох, и много! Наняла я их, милочка, наняла. Чтобы быстро проехать, времени даром не терять, зачем нам с тобой время терять, а, милочка?

    -  Много денег? Но… - Бывшая ведьма с сомнением оглядела дорожный костюм нанимательницы. Женщина покупала себе дешевую одежду, еще дешевле, чем купленная Тиселе на осень и зиму. Не по цене, конечно, а по качеству. Да и чемоданы не дорогие. Девушка действительно обладала острым глазом и в соотношении цена-качество разобралась сразу же, как начала делать покупки. И наряд, и вещи нанимательницы были дешевыми и купленными несколько лет назад.

    -  Ох, и умна же ты, милочка, и наблюдательна! Денежки счет любят, а трат не любят, милочка! А уж как корона трат не любит - страх! Вот купишь себе платье, чтоб все вздрогнули, дом построишь, чтоб все ахнули, потом за выезд в городе начнешь платить - а потом придет сборщик налогов. Плати, скажет. Много плати. А деньги откуда? Откуда у бедной женщины деньги, милочка? Может, и Сила есть? Может, она ей пользуется? Может, порчу наводит? Может, короне вредит, а, милочка? А сборщики - они такие - от кого откупишься, от кого и нет, милочка. Вредные они, ох, и вредные, милочка. Вот и коплю денежки, и не трачу. Зато проехать - пожалуйста - с ветерком, милочка, и никто не узнает. Не узнает, милочка, а зато доехали быстро. Хорошо ведь, милочка? А платья… пусть в них дочка сборщика ходит, платья - пфуй, милочка!

    -  А зачем платить за выезд в городе? - спросила обалдевшая от потока слов Тиселе.

    -  Ох, и спросишь, милочка, ох, и спросишь! Али не знаешь - нельзя в городе кареты держать, лошадей нельзя, ездить на них нельзя - города маленькие, улицы узенькие, да и убирать кому-нибудь надо, ох, и надо же, милочка!

    -  Ну и что?

    -  Ох, милочка, ну ты и деревня, милочка, наивная, откуда такая взялась! Есть много денег, много-много - платишь городу, имеешь выезд. Только - пфуй, этот выезд - днем ездить - каждый раз разрешение получать, денег много, а ездить только по главным улицам, в остальных никогда нельзя, даже ночью не всегда можно, тесно там, милочка, и хочется, и не пролезешь.

    Тиселе вспомнила, что, действительно, на улице почти не видно ни лошадей, ни экипажей, а некоторые, самые узкие, еще и перегорожены накрепко вделанными в стены домов железными прутьями на уровне лица.