|
Снова и снова его настигала упрямая мысль о том, что, может быть, его критики были правы: в военном бизнесе есть что-то от зла и от дьявола. Военный бизнес сделал из Честера Хилла предателя. Может быть, в конечном итоге военный бизнес любого способен сделать предателем? В течение многих лет Нику делались соблазнительные предложения продавать товар теневым правительствам. Не является ли страшная гибель Эдвины знаком свыше, что ему пора плюнуть на этот вид бизнеса? Он часто вспоминал теперь одну фразу, оброненную Эдвиной много лет назад. Она говорила о том, что он, Ник, делает деньги на смерти. К тому же его уже доконала многолетняя дурная слава в прессе. Ему было ненавистно прозвище Титан смерти.
А с другой стороны, — как же он может продать компанию сейчас, когда в мире бушует война? Он не мог решиться на этот поступок. Но семя в почву было брошено… Смерть Эдвины, конечно же, сильно потрясла ее детей. Викки, самая младшая из дочерей, которая обожала мать, была безутешна. Файна, которая не помнила своего настоящего отца, теперь лишилась и матери и стала сиротой. Она также была убита горем. Но потеря обоих родителей, казалось, только подстегнула ее стремление стать актрисой… Уже не только в память о Роде Нормане, но и о матери, его партнерше по немому кинематографу. Эдвард Флеминг, третий по старшинству ребенок в семье Флемингов, отреагировал мгновенно: ему исполнилось двадцать лет, и он ушел из Принстона добровольцем в армию. Но в отличие от своего старшего брата Эдвард не любил войну и не интересовался военным бизнесом. Гибель матери послужила ему ярким доказательством того, что война — это не путь к славе, а бессмысленное и жестокое кровопролитие. Эдвард решил стать писателем. Может, ему суждено будет написать великую американскую книгу, которая положит всем войнам конец и станет достойным памятником матери.
ЧАСТЬ ШЕСТАЯ КРАСАВИЦА И МЯСНИК 1944–1947
ГЛАВА СОРОКОВАЯ
3 января 1944 года Ник вновь оказался в Овальном зале Белого дома в обществе изможденного президента Рузвельта и генерал-майора Уильяма Дж. Донована, начальника центра стратегических исследований. — Рад вас снова видеть, Ник, — приветствовал его Рузвельт, пожимая руку. — Надеюсь, вы знаете Билла Донована? Нику доводилось несколько раз встречаться с Донованом, так как сразу же после Пирл-Харбора и вступления Америки в войну он почти половину своего времени провел в Вашингтоне, работая в связке с Пентагоном и рассылая партии оружия по всему свету. Теперь, когда стало ясно, что падение Гитлера — лишь вопрос времени, Ника не покидало чувство глубокого удовлетворения. Он радовался тому, что приложил максимум своих сил к тому, чтобы его самый ненавистный враг был уничтожен. Он пожал руку Доновану, и они сели в кресла напротив стола Рузвельта. — Ник, — начал президент, — Билл недавно получил весьма любопытную информацию, которая исходила от некой парижской леди Дианы Рамсчайлд и была передана через источники антифашистского подполья. Кажется, вы знакомы с этой женщиной? — Очень хорошо знаком, — ответил Ник. — Давным-давно я едва не женился на ней. Поскольку я женился на другой, она наняла турецкого наемного убийцу для того, чтобы тот разделался со мной. А когда этот план провалился, она совместно с гестапо организовала мой арест в Берлине десять лет назад. Президент рассмеялся: — Сам дьявол не сравнится в злобе с оскорбленной женщиной. Но даже учитывая это, она, похоже, хватила через край. — Самую малость. Впрочем, думаю, она наконец-то простила меня. Когда она явилась в гестаповскую тюрьму, чтобы насладиться моим поверженным видом, кажется, у нее это не получилось. Правда, она заявила, что употребит все свое влияние на Ататюрка, чтобы добиться моего освобождения. |
