Должно быть его выдало выражение лица, и Рея вспыхнула от смущения, заметив, как он пожирает её взглядом. Щеки её заполыхали горячим румянцем, но она не отвернулась. Очень медленно она приблизилась и одним движением сбросила с плеч одежду, оставив её валяться на ковре возле ног.

У Данте перехватила дыхание. Никогда ещё жена не казалась ему такой соблазнительной, как сейчас, когда полностью обнаженная, стояла перед ним, отдавая ему себя так самозабвенно и так естественно.

— Как ты прекрасна! — прошептал он, протягивая к ней руки. Губы его чуть коснулись её губ так же нежно, будто губы её были цветком, а он — бабочкой, мечтающей вкусить сладкий нектар.

Рея обвила его шею руками и тесно прижалась к нему, так тесно, что жар, исходивший от этой мощной, мускулистой груди, казалось, сейчас опалит нежную кожу её мягких грудей. Его ладони скользнули вдоль её спины и Рея почувствовала, как в ней просыпается томительное желание. И когда его сильные руки сжали её ягодицы, когда он, подхватив её ослабевшее тело, прижал её бедра к своим, безумная жажда его любви охватила Рею с такой силой, что она потеряла голову.

Подхватив жену на руки, Данте осторожно опустил её на смятую постель, чуть заметно усмехнувшись, когда её тонкая фигурка почти исчезла из виду в пышных подушках. Через мгновение он уже был рядом с ней. Его могучее тело накрыло её, Данте спрятал разгоряченное лицо в разметавшейся золотой копне её роскошных волос и жадно вдохнул терпкий запах женской плоти.

— Маленький золотой цветок, — прохрипел он, — как я люблю тебя …

Рея прижала его голову к своей груди, почувствовав, как горячий кончик языка обжег напрягшиеся вишенки сосков. Его губы жадно накрыли её рот и Данте пил её дыхание, а его затвердевшая плоть тяжело вжималась в её тело. Через мгновение он уже ворвался в неё и она без сомнений и колебаний отдала ему себя всю, без остатка. Данте стал частью её самой и Рея отчетливо понимала, что уже не сможет жить без него.

Насыщение их было бурным и яростным, и когда Данте оставил её, Рея мгновенно провалилась в глубокий сон. Она не знала, сколько спала, но вдруг проснулась, как от толчка, почувствовав, как дрогнула кровать, освободившись от тела Данте. Рея открыла сонные глаза и с удивлением обнаружила, что он сидит возле неё полностью одетый.

— Данте? — в полудреме пробормотала она, — Что-то не так? ? Кит? — инстинктивно спросила она.

— Нет, нет, все в порядке. Мне нужно ненадолго уйти, Рея, — тихо ответил он. — Но поскольку ты вполне могла проснуться и испугаться, что я пропал, я решил предупредить тебя. Не волнуйся, я ненадолго, — добавил он и коснулся нежным поцелуем нахмуренных бровей.

— Но почему?! Куда ты идешь? — вскинулась Рея. Несмотря ни на что, её охватили сомнения. Это все из-за того письма, что за обедом передал тебе Алистер, верно?

— Прости, но сейчас я ничего не вправе сказать тебе. Просто постарайся мне верить, вот и все, — ласково прошептал он. Пальцы его чувственно скользнули по её ещё теплому после сна плечу.

Рея погрузилась в молчание. Даже в полумраке спальни Данте видел, как тень сомнения скользнула по её встревоженному лицу. Он не мог оставить её такой и, склонив голову, крепко прижался к её губам.

— Ты должна верить мне, Рея. Ты же можешь, я знаю. Ведь я никогда не сделаю ничего, что может огорчить тебя, любовь моя, и ты сама это знаешь, — шепнул Данте, опаляя её губы своим дыханием.

Обвив руками его шею, Рея приникла к мужу, словно отпустить его было свыше её сил. Его губы прижались к её губам, — Я верю, Данте, но не могу не тревожиться. Ты уходишь из-за тех проклятых контрабандистов, ведь так? Неужели это действительно необходимо? Неужели ты не можешь просто оставить все, как есть?! — молила Рея, но он покачал головой.