Рея встала и, сняв с колен безмятежно мурлыкающего Ямайку, осторожно переложила его на стул, так что кот даже не проснулся. — Если уж на то пошло, у меня есть сестра. По-моему, я тебе о ней рассказывала. Правда, если сказать тебе, что за безделушки она предпочитает, боюсь, тебе станет плохо. Дело в том, что ей всего два года. Впрочем, нет, — поправилась Рея, покачав головой, — сейчас уже три и больше всего на свете она любит пирожные со взбитыми сливками. Думаю, что её кандидатура вряд ли устроит тебя. Конечно, — задумчиво продолжала Рея, стараясь казаться совершенно невозмутимой и удачно выдав ехидный смешок за приступ кашля, — остается ещё Каролина. Да, думаю, она как нельзя лучше подойдет для этой цели. Она блондинка, с очаровательными голубыми глазами и, к несчастью, совершенно беспринципна. Нужно ли мне продолжать? Кроме всего прочего, она — дочь благородных родителей, её отец — близкий друг нашей семьи, сэр Джереми Винтерс.

— Это не та ли девушка, которая была с тобой в тот самый день, когда тебя похитили?

— Да, и до вчерашнего дня я о ней ничего не знала, не знала даже, жива ли она. Насколько мне было известно, она вполне могла погибнуть. Ведь я так думала и о Уэсли Лоутоне.

— Ах, да, конечно, Уэсли Лоутон, великолепный граф Диндейл. Если я правильно запомнил, ты была совершенно убеждена в его гибели и радовалась от души, узнав о его чудесном спасении. Ты ведь собиралась замуж за этого знатного джентльмена, не так ли, Рея? — спросил Данте нарочито спокойным голосом, в котором, однако, слышалась неприкрытая издевка.

— Его титул — граф Рендейл, — терпеливо поправила Рея, впрочем, она была совершенно уверена, что Данте помнит это ничуть не хуже её. — И он просто друг нашей семьи, не больше. — Впрочем, — добавила Рея, совсем капельку покривив душой, — признаюсь, когда-то эта мысль приходила мне в голову. Мы были очень дружны и мне порой казалось, что это чувство могло бы стать чем-то большим. Действительно, если бы меня тогда не похитили, я бы в конце концом стала подумывать о том, чтобы выйти замуж за Уэсли Лоутона.

— Да неужели? Черт побери! Ну разве не странно, что несчастье одного человека может принести столько счастья другому?! — ехидно прокомментировал Данте. В глубине души он был страшно доволен тем, какую злую шутку проказница судьба сыграла с таким ничтожеством, как граф Рендейл. — Хотя, знаешь ли, мне понравилась твоя идея на счет Каролины, — продолжал Данте. В глазах его притаился ехидный бесенок, который нашептывал, что нельзя позволить, чтобы за Реей осталось последнее слово. — А у неё твой размер? — поинтересовался он, с интересом оглядывая загоревшимся взглядом её фигуру. — Действительно, ты права. Хватит швырять деньги на всякую ерунду вроде платьев, ленточек или шелковых туфелек.

Рея собрала все свои силы, чтобы беззаботно рассмеяться. — Я бы ни за что на свете не стала навязывать Каролину даже вам, милорд, — задумчиво произнесла она, представив на минуту эту весьма решительную юную леди в жарких объятиях Данте. Она нисколько не сомневалась, что титул маркиза вполне способен вскружить легкомысленную головку тщеславной Каролины. — Думаю, лучше не знакомить её и с Алистером. Ведь от неё вряд ли удастся скрыть, что он не кто иной, как джентльмен удачи, а после этого у бедняги не останется ни малейшего шанса.