Добившись своего, Ройс уже обращал внимание на Онвитока, а отдал приказ захватить космопорт и все корабли, принадлежавшие к эскадре Калли.

Но произошла некоторая заминка. Полдесятка головорезов решили проявить похвальную инициативу, напали на номер в гостинице, где находился Онвиток, схватили юношу и повесили на заднем дворе отеля, в арке ворот, ведущих на стоянку каров. Затем, довольные собой и в ожидании похвалы, поспешили отыскать командира — Ройс как раз отправлялся в космопорт.

К изумлению убийц, никто не собирался их хвалить. Ройс совершенно не имел намерений убивать такого популярного в Пограничье политического деятеля, как Онвиток. Ройс обошелся с самовольщиками круто, показав, что под обличьем банкира еще осталось кое-что от старого похитителя космических кораблей. Он велел швырнуть провинившихся за решетку.

Одновременно он решил спасти хотя бы часть плана: захватить оставленные Калли корабли.

Отдав приказ выступать. Он помчался в космопорт, надеясь застать людей Калли врасплох.

И ему бы это удалось, если бы один из умеренных последователей Ройса из членов Ассамблеи, потрясенный линчеванием Онвитока, не позвонил и не предупредил Листрома.

Листром, оказавшись перед фактом, засомневался. Конечно, его корабли, если поднять их в атмосферу в полной боевой готовности и с полным экипажем, могли бы не только в два счета разделаться с бандой Ройса, но и стереть с лица планеты несколько городов размером с Калестин-сити. Но к сожалению, термин «полная боевая готовность» с большим трудом можно было применить к захваченным кораблям, которые стояли в доке, и у Листрома едва хватило обученных людей, чтобы поднять корабли с планеты, не говоря уже о ведении боя.

В конце концов он решил предоставить право окончательного решения Калли и направился к точке связи.

— …Вот такие дела, — хрипло закончил Листром.

Он не привык к долгим речам, и голос его несколько сел. Теперь он ждал, что скажет Калли, как оценит его действия.

Калли слишком был занят своими мыслями. Он стремительно повернулся, отошел к экрану крупномасштабного сканера и принялся в молчании созерцать звезды. Он рассчитывал, что ситуация в Ассамблее дойдет до точки взрыва, это было даже необходимо — чтобы встряхнуть население Пограничья, вернуть к активной жизни таких ветеранов, как Эмили Хазек. Но он не предполагал, что взрыв произойдет так скоро и так больно ударит. Онвиток был одним из его самых близких и старых друзей в Пограничье.

Калли жестоко ругал себя: ведь это его приказы стали причиной смерти Онвитока, он собственными руками подставил друга под петлю. Сейчас Калли страстно хотелось только одного: почувствовать под руками короткую красную бычью шею Ройса.

Постепенно красный туман ярости рассеялся, и Калли снова обрел способность рассуждать. Он обнаружил, что смотрит прямо на яркий огонек-маркер, обозначавший на экране место, где должен находится Калестин, — примерно в тридцати световых годах от «Беи».

Он уже полностью успокоился. Так с ним всегда случалось. Когда угасали красные языки первой вспышки гнева, мысли становились прозрачными и четкими, словно алмазные. Эта способность не раз спасала Калли жизнь еще в бурный период космических диверсий на трассах Старых миров. Вот и теперь картина событий предстала перед его внутренним взором с необыкновенной ясностью, все части головоломки стали на положенные места.

— Лис, — начал распоряжаться он, — ты возьмешь заложников, включая мисс Брайт, и все корабли, кроме «Беи».