– Как вы думаете, что случится, если я вдруг встану и сообщу остальным, кто вы такая? – шепотом спросила Пегги.

– Вероятно, меня линчуют, – усмехнулась Нэн. Помолчав, она нерешительно поинтересовалась: – Вы сказали, что не совсем удовлетворены вашей нынешней работой. Если бы возникла такая возможность, вы бы согласились работать в «Мачо»?

– Машинисткой? Нет, спасибо, это мы уже проходили.

– Ну… как знать. Вы не дадите мне номер своего домашнего телефона? Конечно, я всегда могу разыскать вас через журнал, но мне бы этого не хотелось.

Прошло полгода. Нэн Лоринг не давала о себе знать, и Пегги почти забыла об их короткой встрече.

Но однажды вечером, когда Пегги лежала на диване и смотрела телевизор, вдруг зазвонил телефон.

– Привет, это Нэн Лоринг. Вы меня помните?

– Конечно. Здравствуйте, Нэн.

– Как там ваша работа?

– Все одно и то же. Как на каторге.

Нэн откашлялась.

– Ну, тогда я могу вам кое-что предложить. Вероятно, вы этого не знаете, но у мистера Бакнера два секретаря. Один работает в «Мачо энтерпрайзиз» – это я. Другой – в его офисе в журнале. Сейчас эта должность, которую он называет «секретарем нижнего офиса», вакантна…

– Нет, Нэн, я же вам говорила, что меня это не интересует.

– Подождите, подождите, сначала выслушайте до конца. Это верно, что вам придется начать с должности секретаря (надо сказать, с чертовски хорошей зарплатой). Однако я вырвала у Марка Бакнера обещание, что у вас будет шанс перейти в штат редакции, если, конечно, вы справитесь с работой.

– Перейти в штат! – словно эхо повторила за ней Пегги. – Да вы шутите! Чтобы Марк Бакнер позволил женщине работать у него в редакции?

– Видите ли, Пегги… – Последовала короткая пауза. – Если бы все было в руках Марка, то, вероятно, это было бы совершенно невозможно. Но дело обстоит несколько иначе. Уже несколько лет журналом руководит Алекс. Вот он-то как раз и хочет, чтобы среди его подчиненных была женщина – это позволило бы избежать обвинений в сексизме.

– Тогда почему бы ему сразу не взять меня в штат?

– Потому что Бакнер этого не допустит, во всяком случае сейчас. А когда речь идет о подобных вещах, последнее слово за ним. Однако Алекс не оставляет эту мысль, и я не знаю другой женщины, которая может справиться с такой работой.

– Значит, вы предлагаете, чтобы я проскользнула с черного хода… Если не в чреве троянского коня, то в обличье секретаря. Верно?

В трубке послышался смех.

– Вы попали прямо в точку, Пегги. Впрочем, меня это нисколько не удивляет. Значит, вы готовы занять вакансию?

– А почему бы и нет? Вы говорите, там неплохо платят – тогда что я теряю? Если увижу, что не справляюсь, всегда смогу уйти.

– Надеюсь, что этого не случится.

Через две недели Пегги впервые входила в Дом «Мачо», чтобы приступить к работе в качестве секретаря нижнего офиса. Нэн Лоринг встретила ее у лифта:

– Добро пожаловать в «Мачо», Пегги.

– Честно говоря, я не привыкла к такой роскоши.

– Подождите, вы еще увидите свой кабинет!

Кабинет секретаря нижнего офиса был обставлен в строго деловом стиле – черные ковры на полу, большой белый стол, несколько комфортабельных кресел, электрическая пишущая машинка фирмы «Ай-Би-Эм», телефон и селектор, похожий на щит управления атомным реактором.