Тактический оперативный центр, или ТОЦ, состоял лишь из полуразрушенного дома, нескольких пулеметных расчетов и смонтированного на роботе голопроектора. Это устройство должно было показывать, как разворачиваются верные присяге войска, однако сейчас годилось разве что в качестве стула.

Смертоносное уханье мортир слышалось и в тылу, где кадет-лидер Мелисса Войтан следила за сражением и пыталась рассуждать здраво.

Она нервничала. Очень сильно нервничала, потому что прочитанные, ею книги, прослушанные лекции и увиденные в виртуальной реальности сцены, подчас дьявольски изощренные, не дали ей самого главного. Кадет-лидер Войтан еще ни разу не стреляла в живого человека. И не приказывала стрелять другим.

Теперь, когда мятежники продвигались к центру города, ей предстояло не только впервые сражаться, но и командовать своими друзьями-курсантами.

Словно прочитав мысли Войтан, штаб-сержант Руди Рикер коснулся ее руки.

— Не надо так волноваться, мэм, дело-то — пустяк. Стрелять, двигаться да связь держать. Больше от вас ничего и не требуется.

Эти слова дали ей столь необходимое успокоение и помогли оттеснить страх на задворки ума. Лучше бы Рикера назначили командовать отрядом... увы, в Легионе всегда предпочтение отдается офицеру. Даже если этот офицер ни о чем так не мечтает, как оказаться дома.

— Семья Войтан жила всего лишь в шестидесяти милях к востоку. Что делают родители в эту минуту, когда дочь готовится к смерти?

В ушной раковине зазвучал голос. Войтан узнала его, он принадлежал шестнадцатилетнему Кенни Суто, которому по-настоящему нравилось то, чем сейчас занимались кадеты.

— Альфа-Один, я Альфа-Три. Вижу дым впереди... До связи.

Войтан знала, что это означает. Дым — чтобы ослепить ее отряд. Затем пойдет пехота, и не просто пехота, а усиленная киборгами. Они вместе обрушатся на передний край, попробуют вклиниться на фланге и ударить Лою в тыл.

Под началом у Войтан было что-то вроде легкого батальона: три стрелковые роты примерно по сто тридцать кадетов, штабная рота, состоявшая из связистов, бронетехи среднего веса (БСВ) и два 60-миллиметровых миномета, которые сейчас вели огонь с позиций во тьму.

Генерал Лой поручил кадетам сдерживать наступление противника, пока регулярные части не закрепятся в городе и не перейдут в контрнаступление. Эту задачу генерал оставил для себя.

У кадетов не было киборгов — верным присяге боргам нашлась работа в других местах. Значит, придется пустить в дело ручные ракетометы (РРМ), созданные полвека назад для истребления хадатанских киборгов. Сейчас это было самое мощное оружие, которое могли противопоставить кадеты «разумной броне».

С напускной уверенностью в голосе Войтан произнесла:

— Альфа-Три, это Альфа-Один. Сдерживайте их, сколько хватит сил, потом отходите. Четверка прикроет ваше отступление. До связи.

В ответ Суто дважды щелкнул, как было условлено, кнопкой на переговорном устройстве.

Войтан посмотрела на Рикера. Тот ухмылялся:

— Вы все правильно делаете, мэм. Так держать! Войтан не испытывала уверенности, что все делает правильно, но улыбнулась.

Более чем в миле от нее из дыма появился громадный квод. Она отрегулировала визор на максимальное увеличение и переключилась на видеоизображение, передаваемое командиром одного из отделений. Через кадр ползли цифры и текст: дальность, скорость ветра и прочие сведения. Борг достигал двадцати пяти футов в высоту, весил пятьдесят тонн и передвигался на четырех ногах. Он нес многозарядные энергетические пушки, орудие Гейтлинга, пусковые ракетные установки, гранатометы и множество пулеметов.

К киборгу потянулась двойная струя огня из автоматической пушки пятидесятого калибра.