Були положил руки на парапет. Дни здесь длиннее, но Джибути практически ничем не отличается от деревни, в которой он родился и в которой до сих пор живут его родители. Прошлой ночью они ему приснились. Мать говорила очень медленно, словно пыталась пробиться откуда-то издалека. У нее ничего не получалось — Були не понял ни одного слова, но он видел в ее глазах любовь, видел, как помахал рукой отец. Сон оставил странное ощущение — будто он вдруг лишился части своего существа. Були заставил себя не думать о неприятном.

Полковник услышал шаги и быстро обернулся. Добравшись до верхней ступени лестницы, капитан Винтерс кивнула командиру. В полном боевом обмундировании она казалась крупнее, чем была на самом деле. Несмотря на то, что майор Джад не пострадал от рук мятежников, он действовал не слишком эффективно, и начальник оперативного отдела штаба взяла его обязанности на себя.

— Доброе утро, капитан. Сегодня будет хороший день. Винтерс цинично улыбнулась:

— Как скажете, сэр. Лично я очень сомневаюсь.

— Мятежники, разумеется, сделают все, что в их силах, но форт выстоит. На транспортных кораблях наверняка две, ну, три роты. И еще Десантники II и III. Недостаточно для того, чтобы победить. Мы это знаем, но и они тоже.

Винтерс понимала, что он прав.

— Да, сэр.

Були огляделся по сторонам — до ближайшего легионера было около двадцати футов.

— Хотя от помощи я бы не отказался... Как насчет флота? И поддержки с воздуха?

— Нет, сэр, — покачав головой, ответила Винтерс. — Складывается впечатление, что часть кораблей захвачена. У них там полная неразбериха. Самое отвратительное, что каждый день прибывают новые и новые суда. Кто-то остается верен долгу, другие переходят на сторону мятежников, а третьи ведут себя так, будто окончательно спятили. Два капитана объявили себя командующими, ни тот, ни другой не согласились оказать нам поддержку.

— Ладно, — проговорил Були. — Ракеты класса «земля-воздух» разберутся с некоторыми из них, но по заслугам достанется к сожалению, далеко не всем ублюдкам.

В наушниках прозвучал напряженный голос сержанта Хо. Для нее и ее подчиненных сражение уже началось. Они видели приближающиеся транспортные самолеты на экранах радарных установок, слышали сигналы радиопомех, чувствовали запах собственного страха. Оперативный зал был самым настоящим образом запечатан — здесь даже не работала суперэффективная система кондиционирования воздуха. При нормальных обстоятельствах она заметно облегчала жизнь, но сейчас являлась потенциальным путем проникновения химического и биологического оружия.

— Мы видим мятежников, направление три-три-пятнадцать, они быстро приближаются. Два-один, повторяю, два-один, быстроходные суда. Один-пять на палубе, высота над уровнем моря четыреста футов, шесть сверху. Конец связи.

Були посмотрел на восток, подозвал ближайших часовых и начал спускаться вслед за ними по лестнице.

— Передайте приказ: обстрелять неприятеля ракетами класса «земля — воздух», как только батареи будут готовы.

«Вот и началось», — подумал полковник. Первая часть его плана выглядела совсем просто: запустить ракеты типа «земля — воздух», уничтожить максимальное количество военно-воздушных судов противника и залечь.

Несмотря на свой древний вид, форт Мосби был построен для того, чтобы выдерживать полномасштабные хадатанские бомбардировки с воздуха.