Прошло еще несколько часов, и коляска покатила по гладкой грунтовой дороге, что вела к поместью Харрингтон-Чейз.
Софи расслабилась, время шло, а Айвес не делал никаких попыток приставать к ней. По крайней мере, успокаивала она себя, ей не грозит повторение печального опыта стать женой прямо на сиденье коляски. Но по мере приближения к месту назначения напряжение Софи возрастало.
Айвес ничем не напоминал ей первого мужа, однако она все равно с ужасом ожидала того, что должно произойти.
Совсем скоро Айвес войдет в ее спальню и сделает своей женой. Боже, она так боялась! Господи, пожалуйста, не допусти, чтобы это было слишком ужасно!
Несмотря на поздний час, весь дом был ярко освещен.
Молодожены были встречены улыбающимся дворецким и приятной дамой неопределенного возраста, которая была представлена как экономка миссис Чандлер.
Не теряя времени, Айвес повел Софи под руку вверх по лестнице на ее половину. Облокотившись на красивую каминную полку из розового мрамора, он наблюдал, как жена восхищенно разглядывала просторную гостиную, находящуюся рядом с ее спальней.
— Это очень красивая комната, — вежливо произнесла она, старательно избегая взгляда Айвеса.
— Да, верно, — согласился он, и в его глазах появился задорный блеск. — А потом ты скажешь, что это очень красивый дом, что у тебя очень красивая спальня. И утреннюю комнату тоже назовешь красивой.
— Ты меня дразнишь? — поинтересовалась Софи.
Айвес улыбнулся, и на сердце у Софи потеплело.
— Разве совсем немного, милая. — Он поцеловал ее руку, заставив посмотреть ему в глаза. — Софи, я знаю, что твой первый муж был груб. Я совсем не такой человек, несмотря на то, что ты видела в последнее время. Тебе нечего бояться меня. Я только хочу, чтобы ты была счастлива.
— А если я скажу: единственное, что сделает меня счастливой, — это возможность спать одной в своей постели, то ты прислушаешься к моим словам?
Айвес тяжело вздохнул.
— Не глупи, моя дорогая. Я хочу, чтобы ты была моей женой в полном смысле этого слова. Но, учитывая обстоятельства, окружавшие наш брак, я отнесусь с пониманием, если ты пожелаешь провести первые несколько ночей одна, прежде чем я приду к тебе.
Софи боялась поверить тому, что услышала, но Айвес, похоже, говорил искренне. Она была готова от благодарности броситься ему на шею, но тут же напомнила себе, что это всего лишь отсрочка на несколько дней.
Однако Софи предпочитала открыто встречать все неприятности и не видела смысла уклоняться от неизбежного.
Лучше поскорее пройти через уже знакомый ужас. Она отвела взгляд и твердо сказала:
— Нет, я не стану заставлять тебя ждать. — И с ошеломляющей откровенностью добавила:
— Предпочитаю поскорее разделаться с этим.
Айвес расхохотался, в его зеленых глазах отразилось нескрываемое изумление.
— Ну, милая! «Разделаться»? Ты не могла выразиться как-то помягче?
Софи виновато посмотрела на него.
— Мне этот акт никогда не казался приятным. Я даже считаю его отвратительным. — Ее щеки заполыхали. — Саймон утверждал, что я не слишком хороша в постели, что он предпочел бы спать с доской.
Айвес заключил ее в объятия, его взгляд стал нежным.
— Я не Саймон, Софи.
Он ласково поцеловал ее, его губы были мягкими и теплыми. Софи невольно почувствовала, что отвечает ему. Ошеломляющие ощущения вдруг расцвели в ней, когда Айвес наконец поднял голову, и Софи невольно потянулась к его губам.
— Ты не доска, моя дорогая, — хрипло произнес он. — А если и была таковой, значит, Саймон оказался просто никудышным плотником.
Айвес с сожалением отстранился и, подтолкнув Софи к двери, что вела в ее спальню, прошептал:
— Теперь иди. |