|
Гидеон встал и обошел стол, открыл ящик и вытащил стопку скрепленных бумаг. - Ангус и Рауль дали свое согласие на разглашение сумм их зарплат с вами. Я также распланировал, на что вы можете рассчитывать. Для начала. - Просто не верится, - пожаловалась я. – Все так далеко зашло, а ты и слова не сказал? - Я обдумал все это сегодня рано утром. До этого я не задумывался об этом и не собирался ничего говорить до тех пор, пока твой отец не упомянул переезд. В этом был весь Гидеон Кросс. Он никогда не упускал возможности. Папа взял бумаги, внимательно изучил первый лист, затем скептически посмотрел на Гидеона. - Это правда? - Учитывайте, что Ангус был в моей жизни дольше, чем не был. У него также значительный опыт и военная подготовка. В общем, он это заслужил,- Гидеон следил за тем, как отец переворачивает страницу. – Рауль со мной не так долго, поэтому его сумма меньше. Пока. Но у него также множество навыков и различных курсов подготовок. Папа шумно выдохнул, когда перевернул следующую страницу. - Ладно. Это… - Больше, чем вы, вероятно, ожидали, но в таблице информация, которая вам нужна для оценки предложенной компенсации в сравнении с моими охранниками. Можете заметить, что это вполне себе справедливо. Предполагаемая сумма подразумевает, что вы согласитесь на дальнейшие подготовки и приобретете необходимые разрешения, лицензии и пристрелки. Я следила за тем, как плечи отца откидывались назад, а подбородок поднимался, его упрямое выражение лица приобрело более мягкие черты. Чтобы он ни увидел, он принял вызов. - Договорились. - Вы заметите, что также включено квартирное пособие, – продолжил Гидеон в полном режиме магната, несмотря на сухой тон. – Если пожелаете, то напротив бывшей квартиры Евы есть квартира, которая полностью обставлена и свобода. Я прикусила нижнюю губу, зная, что он говорит о квартире, в которой жил, пока Натан был угрозой. Мы тайно встречались там неделями, делая вид, что больше не вместе. - Я подумаю об этом, – ответил отец. - И еще одна вещь, о которой нужно подумать, – начал Гидеон. – Это то, что ваша дочь – моя жена. Мы, конечно же, будем помнить о вашей роли в жизни Евы и уважать ее. Но уважение вашей роли отца не означает, что мы будем сдерживаться. Не говорит о том, что у нас не будет интимных моментов. Боже мой. Мои плечи опустились из-за смущения. Я уставилась на Гидеона. Как и мой отец. Отцу понадобилась минута, которая длилась вечно, чтобы разжать челюсти и ответить. - Я буду иметь в виду, обдумывая все остальное. Гидеон кивнул в ответ. - Хорошо. Есть еще что-то, что вы хотели бы обсудить? Отец отрицательно покачал головой. - Не сейчас. Я скрестила руки, что в определенный момент должна высказать все, что думаю об этом. - Ты знаешь, где меня найти, когда захочешь наброситься на меня, ангел, – мой муж протянул мне руку. – А пока, пойдем покормим тебя.
Доктор Петерсен пришел около трех, выглядя потрясённым. Проход через толпу на улице, чтобы дойти до здания, явно, был испытанием. Гидеон представил его всем, пока я изучала его реакцию на встречу с людьми, о которых он слышал очень личные вещи. Он быстро поговорил со мной, выразив соболезнования. Ему нравилась мама, и порой он определенным образом потворствовал ее нервному поведению, к моему разочарованию. Я могла сказать, что он был поражен ее смертью, что заставило меня задуматься о том, какое я производила на него впечатление. Очевидно, ему тяжело было ответить на этот вопрос. А я старалась ответить на его вопросы о том, как я себя чувствовала. Он разговаривал с Гидеоном на пониженных тонах намного дольше, уединившись в столовой. Но не долго. Гидеон повернулся ко мне, и я поняла, что разговор окончен. Я проводила доктора Петерсена через фойе к выходу, и по пути заметила клатч на крае стола. Когда вытащила телефон, я увидела массу сообщений и пропущенных звонков. От Мегуми, Уилла, Шауны, Доктора Трэвиса… даже Бретта. Я открыла сообщения и стала отправлять ответы, когда телефон завибрировал от входящего звонка. |
