Черт возьми, несмотря ни на что, он не мог оставить ее.
– Я здесь. Я не уйду, – пообещал он, нежно коснувшись ее раскрывшихся в ожидании губ. Мягкие и податливые, они словно подавали возбуждающий тайный знак, Брок буквально утонул в поцелуе, подчинившись волнам нахлынувшего желания. Медовые недра ее рта он жадно исследовал языком, и два тела постепенно сливались в одно целое – уста к устам, дыхание к дыханию, вздох к вздоху.
Руки Мэдди заскользили по его груди, с нетерпением теребя сюртук. Наконец сюртук с легким шуршанием скользнул на пол.
Брок изнемогал от желания. Он должен обладать ею, тем более что она молит его об этом.
Мэдди нежно смотрела на него; призыв и желание, светившиеся в ее взгляде, довели его страсть до еще неизвестных ему высот. Секунду спустя она выскользнула из его объятий и повернулась к нему спиной, но за мгновение до этого он увидел, нет, скорее почувствовал, что она улыбается.
– Мэдди…
Он услышал беспомощность и отчаяние в своем голосе, но сейчас ему было все равно. Она знает, что он ее хочет, и это главное.
Повернув голову, Мэдди поверх плеча еще раз взглянула на него. Затем подняла волосы, обнажив полоску своей прекрасной кожи и длинный ряд пуговиц на платье.
Не в силах сдержать рвавшийся наружу стон, Брок ласкал губами сладкую жасминовую кожу ее шеи, пытаясь нащупать первую пуговицу. Мэдди прерывисто, со всхлипом вздохнула, сердце забилось, как попавшая в силок птица. Брок продолжал ласкать ее, нежно целуя бьющуюся на шее тонкую голубую жилку, не забывал он и о другом деле – три крошечные пуговицы были уже расстегнуты. Постанывая, Мэдди запрокинула голову, отдаваясь его ласкам. Брок щекой коснулся ее щеки и покрыл поцелуями обнажившиеся плечи, обжигая их горячим дыханием. Наконец оказалась расстегнутой последняя пуговица.
Брок кончиками пальцев провел по ее горлу, и она медленно стянула с плеч платье, но оно легло ей на бедра, зацепившись за нижнюю юбку. Брок нащупал на ее талии тонкий витой шнурок и развязал его. Платье соскользнуло вниз к ее ногам.
На Мэдди остался корсет, чулки и сорочка. Мэдди перешагнула через платье и коснулась ворота его рубахи. Теперь она расстегивала пуговицы, касаясь своими сладкими губами его горящей кожи. Желание и без того переполняло Брока, но, когда она коснулась кончиком языка его пупка, ему показалось, что он сейчас взорвется.
Грациозно поднявшись, Мэдди поцеловала Брока и сняла с него рубаху. Глаза ее блестели, она хотела Брока, молила, чтобы он овладел ею, она не соблазняла его, но ее мольба подействовала на него сильнее самых изощренных соблазнов.
Он отправил свои руки в страстное, но неторопливое путешествие по ее спине, расшнуровал корсет, в котором совершенно не нуждалась ее изящная фигура. Секунду помедлив, коснулся ее бедер. Мэдди задрожала. Его пальцы властно, но осторожно ласкали ее лоно, и она со стоном прильнула к нему.
Он поцеловал Мэдди, едва коснувшись губами ее губ, Мэдди ответила на поцелуй. Она приняла его ласку со страстным, молящим и сладким голодом. Желание Брока росло с каждой минутой.
Брок ощущал любимую всем телом. Руки его легли на шелковистые плечи Мэдди и восхитительную грудь, открывшуюся его взгляду. Он знал, что Мэдди тоже изнемогает от желания.
Брок снял с нее чулки и сорочку. И Мэдди предстала перед ним нагая, дрожа от возбуждения, с нетерпением ожидая его пылких ласк, нежных слов и жарких признаний.
Мэдди взглянула в серые глаза Брока, стараясь проникнуть в их глубину. Своими прикосновениями он словно давал ей понять, что самое страшное позади и теперь все будет хорошо. Радость охватила ее, дополнив ощущение близости, которое она чувствовала весь предыдущий вечер.
Впрочем, чувство близости, так ярко проявившееся сегодня, она ощутила еще пять лет назад, когда впервые встретила Брока.
– Ты прекрасна, – с благоговейным, трепетом прошептал он. |