— Ах, я знаю! Так позволь заметить, что если бы ты выполнял хотя бы часть из своих обязанностей, то я бы приготовила тебе поесть и погрела бы к твоему приходу постель!

 — Слушай! Никто не заставляет тебя брать на себя больше, чем  ты можешь унести! Это ты предложила жить вместе. И ты видела какой я есть. И меняться я не собираюсь! Как бы ты этого не хотела!

 — А почему я должна меняться?

 — Потому что ты женщина! Ты должна подстраиваться под своего мужчину!

  Сергей так говорил, словно обиделся на неё. Обиделся за что? За то, что пока она зарабатывает деньги, у неё пропадает желание обслуживать его в постели? Да и какой стати она должна под него подстраиваться? Кто его этому научил? Сейчас был самый подходящий момент, чтобы всё бросить и разойтись по разные стороны. Настя уже давно осознавала, что в их совместной жизни, что-то идёт не так, но почему-то и в этот раз она спасовала. Что это? Инстинкт сохранения семьи, который так развит у славянских женщин? Или может, что-то ещё, вроде любви? Но о том, что она любит Сергея, Настя усомнилась уже не раз, и что её останавливает всё это время просто непонятно. И она вновь промолчала. Вновь сгладила все углы и своим красноречивым молчанием предложила Сергею хоть и худой, но всё-таки мир. Видимо это был не тот толчок, о котором говорил мудрый преподаватель. Точнее говоря Насте нужен не толчок, а полноценная авария, чтобы она, наконец, опомнилась и вспомнила, что главное – это не сохранить что-то придуманное. Главное – быть счастливой!

 Кое-как прошла ночь. Утро началось с укорительных взглядов друг на друга и, опять же, с молчания. Оно угнетало двоих, но начать говорить первым, было невероятно сложно. Настя, по какой-то неизвестной для себя причине, чувствовала вину за вчерашний разговор. Ей казалось, что она поступила не совсем красиво, обвиняя Сергея в его безответственности, ведь она ему не жена и не имеет такого права. Но, в то же время, здравый смысл подсказывал, что если так пойдёт дальше и они всё же поженятся, то Сергей вряд ли с головой бросится в супружеские обязанности, и о красоте высказываний тогда будет думать поздно … Она не знала как поступить. Мысли переполняли и без того болевшую голову, но что-то сказать надо, она сильная, она справиться.

 — Ты на учёбу сегодня не собираешься? – Наконец собралась с мыслями Настя.

 — С чего ты взяла?

 — Уже пора выходить, а ты не одет.

 — Успею.

 Сергей явно не хотел разговаривать, и все его слова были выдавлены силой.

 — Генрих Карлович сказал, что у тебя снизилась успеваемость.

 — Он уже в маразме.

 — Не говори так о нём! – Вспыхнула Настя.

 — Не нагнетай, а.

 — Идёт последний семестр, тебе надо подтянуть учёбу.

 — Учёба – не штаны, её подтягивать ни к чему.

 — И всё-таки. Ты меня понимаешь. – Настя попыталась заглянуть Сергею в глаза.

 — Послушай! Ты мне не мамочка! И прекращай меня учить. Если тебе так нравиться, ты можешь зашиться в свои учебники, а я хочу жить!

 — И всё же я за тебя беспокоюсь…

 Сергей резко вскочил из-за стола и оглянулся только в дверях: Настя сидела у окна, устало опустив плечи, и смотрела в одну точку. Он почувствовал, что перегнул палку. Настя явно хотела наладить отношения, просто начала как-то не с того… И тогда смягчился.

 — Прости. Я не так хотел сказать. И, конечно, я постараюсь. Просто не надо на меня давить. Настён, детка, я люблю тебя…

 — И я тебя люблю.

 Не давая Сергею обнять себя, Настя быстро засобиралась и ждала его в коридоре. Её реакция была вполне понятна, она ещё его не простила.