Вот только выглядело это подозрительно, настолько, что крупные твари предусмотрительно не пошли первыми. Два упырёнка, размером немногим больше обычных людей, бодро бросились на разведку, выпрыгнув из подвала. Выпрыгнули они так стремительно, что создавалось впечатление о сидящем в подвале крупном вожаке, выдавшем подчинённым командирского пинка.

— Гора, убрать, — скомандовал Монах, одновременно с этим рявкнула винтовка на крыше.

Один из упырей ещё некоторое время продолжал бежать вперёд, тогда как его голова и правая «рука» остались лежать на асфальте. Потом упало и остальное тело, видимо, вовремя сообразив, что без головы всё равно поесть не получится.

А второго снял Боря, не так эффектно, зато эффективно, первая пуля ударила в сердце, а вторая почти сразу в голову. Серая туша, отощавшая за время голодовки, неподвижно растянулась на дороге.

Следом попытали удачу ещё несколько монстров, но все тут же и полегли под плотным огнём пулемётов. Теперь уже никто не заботился о точности попадания, простреленный в десяти местах мутант определённо не опасен. Разве что Боря потом позволил себе истратить два патрона для контроля.

— Подвальная дверь, откуда первые два вышли, там сидит наш объект, — снова сказала рация голосом Монаха. — Пока он наружу не выйдет, валите всех.

Валить всех пришлось ещё минут пять, твари атаковали волнами, так же волнами и ложились. В перерывах между атаками Боря снаряжал магазины. Имевшийся запас патронов сократился уже на треть. Однако, надо было брать больше.

Наконец, показал нос тот, кого ждали. Вылез из подвала главный вожак, альфа-самец, а может и самка, у тварей с половыми признаками туго. Но размеры позволяли рассматривать его, как главного монстра всего города. Высоту его определить с пятнадцатого этажа было сложно, метра четыре, при этом передвигался он на четвереньках, опираясь по-обезьяньи на тыльную сторону ладоней. Конечности бугрились мускулами, шея, голова и плечевой пояс срослись в одну большую фигуру, напоминавшую ромб с закруглёнными углами. На груди и шее располагались непонятные светлые наросты, вроде броневых пластин, пока ещё маленькие, с ладонь размером. При каждом выдохе из пасти вылетали клубы пара, земля содрогалась от тяжёлой поступи. При ходьбе огромные когти на задних лапах взрывали асфальт, разлетавшийся метра на три в стороны.

Стоило ему только покинуть подвал, как стрельба стихла, приказ Монаха прозвучал уже после. Те из второстепенных тварей, кто ещё не успел попытать счастья, моментально расползлись по норам, оставив вожака в одиночестве. Презрительно откинув с дороги трупы менее удачливых сородичей, он направился прямиком к контейнеру, посмотреть, что им бог послал.

Тут уже встал вопрос: а пролезет ли такая туша в контейнер? Ему для этого нужно пополам согнуться. А если пролезет, то насколько, ведь если только наполовину, то дверь не закроется. Длина рук позволяла ему дотянуться почти до задней стенки и уж точно выгрести содержимое.

К счастью, вожак оказался не настолько умным. Не смог постичь всю глубину человеческой подлости. В полной тишине он дотопал до контейнера, схватил коровью ногу и немедленно начал её обгрызать. В его лапах она смотрелась не больше куриного крылышка. Через полминуты от ноги осталась только короткая кость, которую он отшвырнул в сторону, а сам, довольно урча, полез внутрь.

— Приготовиться, — снова сказал Монах, но все и так были готовы.

Дверь-стенка, что была поднята вверх, резко начала опускаться. В последний момент гигант заподозрил что-то и кинулся назад. Всё, что он успел, — это подсунуть под броневую пластину руки. Но и этого хватило, чтобы опускание двери остановилось. Двигатель натужно взвыл, началась борьба живого организма с машиной. А параллельно с этим пленный вожак стал завывать на какой-то утробно-низкой ноте, от этого воя заболели уши, а внутренности мелко тряслись.