— Что это? — поинтересовался он.

— Это волшебные бобы, я получил их за корову, — сказал Том.

— То есть денег ты не выручил, — сказал ворон.

— Да, — сказал Том.

— Э-э… понятно, — сказал ворон.

— Я отдам только четыре, а один оставлю себе. Если они действительно волшебные, он нам пригодится, — сказал Том.

— Ну, сказать-то мне, собственно, и нечего, — сказал ворон, каркнул и взлетел у Тома с плеча.

* * *

Наконец они подошли к Убогому Домишку. Стало уже темным-темно, и в тусклом свете скрытой за облаками луны Том даже не мог разглядеть, каков он с виду. Ворон уселся на крыльце. Том постучал в дверь, и тут его схватили и втащили в темную кухню. Ворон пристроился на подоконнике и стал смотреть, что будет дальше.

— Где ты пропадал? — зарычал на Тома грубый голос. — Явился — не запылился, ну-ка отдавай денежки!

Том оказался лицом к лицу с тощей и крайне рассерженной пожилой женщиной.

— Куда ты подевался? — продолжала она бушевать. — С тех пор как ты ушел на ярмарку с этой несчастной коровенкой, от тебя половина осталась! Впрочем, я всегда говорила — в этом странном местечке ничему удивляться не приходится. И не извиняйся за задержку, просто отдавай деньги, и дело с концом!

Том испуганно вручил ей зеленый бумажный кулек, в котором по-прежнему лежали бобы.

— Что-то он не слишком тяжелый, — сказала женщина, взвесив кулек на ладони.

Она положила его на стол и, высунув от сосредоточенности кончик языка, медленно и бережно развернула бумажку. И увидела кучку бобов. Женщина немного подождала, а потом посмотрела на Тома. Быстро заглянула под стол. Вытащила оттуда кухонную табуретку, которая жутко заскрипела по каменному полу. Подняла табуретку, нагнулась и пошарила под ней. Потом снова посмотрела на Тома.

— Где деньги? Опять шуточки шутишь, а, Джек? — спросила она, закатывая рукава потрепанного платья. — Эта корова хоть чего-то да стоила, чего-то, а не совсем ничего! А это — это ничего, это пшик, пусто, как у тебя в голове! Ничего удивительного, что все зовут тебя Джек-Простак! — Она покачала головой. — Джек, ты меня в гроб загонишь!

Том посмотрел в темноту за окном, на весь этот неизведанный, непонятный и страшный мир вокруг, вспомнил, что единственный его друг в этом мире — это говорящий ворон, и понял, что нужно играть в эту игру и пока побыть Джеком.

— Я отправила тебя на ярмарку целую вечность назад, доверив тебе эту никому не нужную костлявую коровенку, чтобы ты выручил за нее хоть чуточку денег на еду, а ты возвращаешься с этими никчемными… штучками! ЧТО ЭТО ТАКОЕ?

— Бобы, — ответил Том.

— БОБЫ! — заверещала старуха. — Бобы, — прошептала она. — Раз, два, три, четыре боба. Кто-то предложил тебе эти жалкие бобы за нашу корову, и ты их взял, Джек. И что нам теперь с ними делать? ЕСТЬ?

— Нет, — ответил Том, стараясь, чтобы голос у него не дрогнул.

Старуха на цыпочках обошла стол и нависла над ним.

— Нет? — переспросила она.

— Нет, — повторил Том. Внутри у него все тряслось от ужаса, и он боялся разреветься, как маленький. Вот было бы глупо — разреветься на глазах у этой грымзы. — Тот человек сказал, я должен их посадить в саду, в темноте, при лунном свете. Понимаете, это… это… волшебные бобы.

— Ах, волшебные? — прошипела старуха. Выражение лица у нее совершенно изменилось, и она широко улыбнулась, показав крупные зубы.