И это все? Лорен широко распахнула глаза, внимательно всматриваясь в черты его лица. Ее охватило страстное желание быть ближе к нему, слиться с ним воедино.

И он никогда не узнает, чего ей стоило сказать:

– Ну что ж, встречайся с ней еще раз, если ты должен, Коулби.

Он сгреб ее, благодарный за то, что она поняла его, счастливый потому, что для него во всех отношениях было очень важно доверие, и она одарила его этим доверием вместе со своей любовью. Покрывая нежными, легкими поцелуями все ее лицо, руками он изучал ее тело, медленно и искусно возбуждая ее до тех пор, пока, как ей показалось, по ее венам не растеклась огненная лава.

На секунду он отстранился от нее, чтобы снять брюки, и небрежно отшвырнул их на пол.

Рот, такой ласковый и нежный, коснулся ямочки на ее щеке, освежил ей лоб, спустился к линии маленького носика. Длинные, сильные пальцы заплетались в ее волосах, наслаждаясь их шелковистостью, подносили их ко рту. Тихо застонав, Лорен обвила его шею руками, поддерживая его голову, пока ее рот не слился с его, раскрытым навстречу ей и приглашающим исследовать ее язык. Их языки поддразнивали друг друга, овладевали друг другом, ласкали.

Его пальцы прокладывали себе пламенный путь по ее телу все ниже и ниже, задержавшись в покрове курчавых светлых волос, увенчивающих ее самое сокровенное женское естество. Он побудил ее раздвинуть бедра и так нежно поглаживал, что для Лорен это стало невыносимой пыткой. Она выгнула тело в его руках ему навстречу, слегка постанывая от наслаждения, которое расходилось от низа живота волнами по всему ее телу. Он продолжал ее ласкать, подводить к грани сумасшествия от пробудившейся в ней страсти.

– Коулби, пожалуйста, я не смогу еще это выдержать, – простонала она.

Его рот почти коснулся ее уха, и он прошептал:

– Я люблю тебя, Лорен, – и всем телом навалился на нее. – Боже, как я тебя люблю.

– Я люблю тебя, – выдохнула она, улыбаясь, и раскрыла свои бедра ему навстречу.

Коулби устремил всего себя глубоко внутрь и проникал все дальше. Когда он услышал ее резкий вздох, он замер. До этого момента он никогда не думал, что отсутствие физической близости в течение долгого периода времени может заставить женщину быть вновь похожей на девственницу, что она может испытывать боль во время проникновения в нее. И он вспомнил, что был, слава Богу, благоразумен.

– С тобой все в порядке? – прошептал он заботливо.

Она проглотила слюну.

– Через секунду все будет хорошо. Когда боль утихла, Лорен слегка сдвинулась под ним, вызывая вспышку чувств, которые пронзили его насквозь и заставили его тело вздрогнуть. Коулби крепко обнял Лорен. Его тело начало бешено сотрясаться, и наступил такой момент, когда и она задвигалась с ним вместе.

– Боже мой! – воскликнул он, потрясенный острым ощущением удовольствия, которое охватило его ум, сердце, половой член, заключенный внутри нее в теплую оболочку.

Затаив дыхание, конвульсивно сотрясаясь, Лорен вцепилась в него. Ритм их примитивного танца любви убыстрился. Она чувствовала себя так, словно они были захвачены врасплох штормовым морем и их смыло волной, которая никогда не достигнет далекого берега. Его рот осушал крошечные слезинки, возвестившие об ее оргазме, и он прижал ее к себе ближе, любя и успокаивая словами и нежными ласками до тех пор, пока ее волнение не утихло.

А затем медленно он начал снова двигаться, крепко удерживая ее и производя глубокие неистовые толчки до тех пор, пока уже не смог сдержать того содрогания, которое прорвалось через все его тело, и остановить ту огненную лаву, которая внезапно вырвалась из его чресел.

А после они лежали бок о бок, взявшись за руки, прижимаясь разгоряченными телами.