— Ладно. Эй, джигит, знаешь, зачем тебя сюда привели?

Сумит кое-как сфокусировал гляделки, зашипел:

— Ненавижю!

Полковник спокойно переждал и спросил:

— В тюрьму хочешь?

— Умирать хочу!

— Договорились. Сделай, что я тебе скажу, и я подарю тебе легкую смерть.

— Врешь!

— Как хочешь. Можешь вернуться. Сколько тебе лет. Тридцать. Значит, еще лет сорок протянешь, горцы долго живут. И все за четырьмя стенами. 40 лет. По 365 дней. Или лучше сразу к Аллаху? Выбирай. Да или нет?

— Да, ищак!

— Я тоже рад, что мы договорились.

Они кое-как разместились в машине, зэка усадили на грязный пол, и подъехали к кордону. Дорогу перегораживал шлагбаум, по бокам укрепленные огневые точки. Бойцы в белых халатах и респираторах. Хоть случая заражения больше не было, береженого Аллах бережет.

Сумита вывели и освободили от наручников. Полковник объяснил задачу. Надо было пройти мимо автобусной остановки, бензоколонки и дальше по улице.

— Никуда не сворачивай, а то снайпер за углом не видит, — пояснил Картазаев. — Вернешься, получишь, что обещал. Вздумаешь финтить, пулю в ногу. И остальные 40 лет без ноги по камере прыгать.

— Шакалы! — сумит косился на них, потирая затекшие руки.

— Таким ты нравишься мне больше! — заметил Картазаев. — А тогда перед генералом спектакль разыгрывал? Ну ладно. Топай, давай!

Назаров достал из кабины СВД.

Плетущийся по пыльной дороге сумит вызывал неосознанную жалость. Солдаты из охранения бросали на них косые взгляды и глухо ругались в респираторы.

Сумит доплелся до остановки, огляделся. Картазаев наизусть знал, что там. Старик, на пиджаке медаль 60 лет Победы. Девочка-школьница с портфелем. Женщина, возраст 40–60 лет. Точно определить не удалось. Жара.

Зэк подошел, пошарил у трупа, нашел сигареты, закурил.

— Не останавливайся! — крикнул Картазаев, благо тот был не далеко.

Сумит отреагировал неожиданным образом. Сорвал со старика медаль и швырнул в их сторону.

— Пугани! — велел полковник.

СВД смачно вдарила, взметнув фонтанчик у ног разбушевавшегося "мяса". Сумит пошел дальше, гораздо энергичнее.

— Ищет нору! — сделал предположение Назаров. — Куда нырнуть.

— Вряд ли, — не согласился Картазаев. — Что он там забыл. Гиблое место.

Сумит отходил все дальше. Полковник взял бинокль.

— Сколько инкубационный период? — спросил Назаров.

— Был 30 минут.

— Он уже 20 минут гуляет.

— Пусть еще погуляет. Может, мощность упала.

— Мощность чего?

— А хрен его знает, чего? Он погуляет полчаса, да на своих вернется, а разведка потом накроется полным составом!

Картазаев прогонял сумита 3 часа. Они возили его и запускали в город с разных сторон. Наконец, зэк сел и сказал, что устал и никуда не пойдет.

— Жрать хочешь? — спросил полковник, стараясь оттянуть неизбежное.

— Косячок бы перед смертью.

— Перебьешься.

— Владимир Петрович, давайте я! — предложил Назаров.

Тот лишь помотал головой, а сумиту сказал "Пошли!"

Отведя его от поста в кусты, чтобы не видела молодежь, Картазаев передал ему пистолет и сказал.

— Здесь 1 патрон, как я и обещал. Слово свое помнишь?

— Конечно, этот патрон мой!

С этими словами сумит поднял пистолет и почти в упор спустил курок в Картазаева.