Вопросов не было. "Шмель" давно стоял на взлетной полосе.

— Запуск! — скомандовал Картазаев, а когда все разошлись согласно боевой расстановке, успел ухватить Столетова. — Ставлю ящик пива, что не долетит.

— Принимаю, — серьезно ответил тот. — Сорта "Особый морской". С синей этикеткой.

"Шмель" взмыл в воздух и вскоре скрылся из вида. С этого момента управление приняли на себя телеметристы.

Картазаев приказал принести снимки в штаб Кордона и ушел.

Он успел отобедать и вернуться в штабную палатку, когда заявился Столетов. По его лицу Картазаев все понял.

— Как далеко он сумел углубиться? — спросил он капитана.

— Внутрь Вольда на 30 километров, в город — на два. Почти.

Картазаев взял у него глянцевые фотоснимки и разложил на столе. В штабе присутствовал только Лощекин.

— Дворца опять нет, — недовольно заметил генерал.

От волнения у Картазаева даже заломило виски.

— Здесь есть кое-что важное для нас, — сказал он.

— Где? Я ничего не вижу!

Картазаев указал на два снимка, лежащих рядом.

— Эти снимки одного участка, сделанные с интервалом в десять секунд. Видите эту группу объектов?

— Что здесь особенного?

Картазаев взял два снимка и совместил на просвет. Несколько точек, разбросанных по улице, не совпало.

— Они двигаются, — пояснил он.

— А что это за объекты? — спросил генерал.

Картазаев внимательно посмотрел на него, словно размышляя, стоит ли говорить, и, представляя, как воспримут его слова, потом ответил:

— Это трупы.

— Мясо побежало!

— Полякову звонили? — спросил он, сбрасывая ноги с койки, внизу стояли ботинки, но с первого раза попасть не удалось.

5 часов. Утренняя разбалансировка.

— Уже сообщили. Дежурная смена поднята по тревоге. Вам приказано срочно прибыть в штаб.

Оказавшись на улице, он сразу почувствовал дискомфорт. Что-то изменилось. Через секунду он понял, что.

Картазаев жил в одноэтажном деревянном домике в прилегающем к Новоапрельску дачном массиве. Во дворе круглосуточный пост, ненужность которого он так и не смог доказать.

Основная группа ОПУ расположилась во втором эшелоне.

Разгар лета. Сухо. На пожухлой листве серая пыль.

Когда он выбрался на грунтовку, кое-как засыпанную щебенкой, мимо на всей дури пропер мотоцикл. Что за люди?

КП располагался на окраине того же поселка, на чердаке двухэтажного дома. У калитки бронетранспортер. Во дворе пулеметное гнездо, обложенное мешками с землей. Песок далеко возить.

Картазаев показал пропуск раз пять разным людям, хотя его все давно знали в лицо, а пропуск проверяли назло. Был у него небольшой косяк со старослужащими.

Прошел через первый этаж, пахнущий едой и потом, поднялся наверх. Часть шифера была разобрана, напротив, на штативе установлен 30 кратный монокуляр. Поляков в расстегнутом кителе приник к окуляру, оживленно комментируя увиденное.

— Товарищ генерал!

— Здорово! — Поляков не глядя, сует шершавую лапу. — Иди, погляди!

— Я уже слышал.

— Ничем тебя не удивишь! — недовольно произнес Поляков, оторвавшись от монокуляра.

А ведь на самом деле недоволен. Непосредственный человек, хоть и генерал.

Картазаев приникает к окуляру.

В перекрестии автобусная остановка на окраине города. Написано "Интервал движения 115 маршрута 20 минут".