Со времени памятных танцев минула неделя, и с тех пор он с Марией не виделся.

Проводив ее до палатки, он взял девушку за руку, но она тотчас высвободила ее. Вопрос о поцелуе отпал сам собой. Картазаев хотел попросить ее посидеть с ним еще, до боли не хотелось возвращаться в надоевшую избушку.

Девушка не дала ему и этой возможности, отстранилась и сказала довольно спокойным голосом:

— Пока мы шли, они все время следили за нами, но я теперь за вас не опасаюсь. Вы ведь неуязвимы.

— Во-первых, я не неуязвим, хотя хорошо бы, — возразил Картазаев. — Во-вторых, это не они, а Мошонкин. Мошонкин! — крикнул он.

— Чего? — раздалось в ответ, но десантник из вежливости не стал подходить.

— Ты чего за мной увязался?

— Я ж за вас отвечаю.

— А я уж думал, что ты домой один боишься идти.

— Обижаете, Владимир Петрович.

Картазаев заметил, что Маша улыбается, и сказал:

— Ладно, сейчас идем. Покури пока.

— А я думал, вы ночевать останетесь.

— Еще чего! — громко возмутилась девушка.

Сейчас, наблюдая за подготовкой БПЛА, Картазаев понял, как же ему захотелось тогда обнять Машу. Прижать ее к себе, теплую, податливую, почувствовать, как ее груди упираются ему в грудь.

Когда она уходила, то спросила:

— А как вы узнали мое имя, если не секрет?

— Не люблю секретов, — признался Картазаев. — У вас же визитка на халате приколота.

— Ночь же была. Тем более, я от вас далеко находилась.

Картазаев пожал плечами.

— Зрение у Владимира Петровича хорошее, — опять раздался из темноты голос Мошонкина.

— Я ж тебе сказал, покури!

— А я уж покурил. Целых две сигареты.

— А ты еще покури.

— Слушаюсь.

— Курить вредно, Минздрав предупреждает, — возразила Маша. — Идите себе. До свидания.

— До свидания? — спросил Картазаев. — Вы хотите, чтобы я пришел?

— Можно подумать, вы у меня разрешения спросите? — улыбнулась она. — Только в следующий раз приходите без своего секретаря.

Боже, какая у нее оказалась улыбка. Картазаев у разбитой сосны мечтательно прикрыл глаза.

Пухлые губки девушки становились еще более пухлыми, превращаясь в расцветшую розочку.

— Товарищ полковник, разрешите обратиться? — над ним возвышался капитан Столетов, командир разведроты. — "Шмель" к запуску готов.

Хоть Картазаев и не носил погон, только камуфляж, но после стычки со спецназовцами, слухи о которой усиленно тиражировались, и Картазаев подозревал, что не без помощи Мошонкина, когда самый здоровый из них назвал его полковником, к нему только так и обращались.

Картазаев поднялся и пошел уточнять маршрут.

Парой дней раньше, чтобы не подвергать опасности пилотов, было решено подключить к операции космические спутники из состава военно-космических сил.

Подключили на свою голову.

Поначалу все шло чудесно. "Метеор-968",запущенный еще в прошлом веке и благополучно функционирующий над Англией, снялся с многолетней орбиты и завис над Уралом.

В ЦУП в Москву, а уже оттуда в штаб Кордона потекли цветные снимки мертвого города.

На химзаводе из продолжавшего некоторое время работать по инерции цеха готовой продукции вытекло и застыло целое озеро каучука. На ЗЯБе неделю горел склад горюче-смазочных материалов, и было замечено несколько взрывов перегревшихся печей, служащих для переплавки ликвидируемых ракет.